Философия о небытии: разработка темы

 

Подробную проработку темы небытия в истории философии предпринял немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831). В систематическом виде гегелевское понимание вопроса о небытии в качестве начала сущего изложено в работе Наука логики (1812) в первом отделе первой книги «Учение о бытии». Надо иметь в виду, что в философии Гегеля вопрос о началах сущего есть вопрос о знании начал сущего, то есть научный вопрос, а потому он начинает с разработки вопроса «с чего следует начинать науку». Вопрос, с которого должна начинать наука, согласно учению Гегеля, есть вопрос о бытии. Последуем далее за гегелевской мыслью и посмотрим, как он увязывает вопрос о бытии с вопросом о небытии. Для этого обратимся к тексту «Науки логики».

 

Глава первая. БЫТИЕ

А. БЫТИЕ

Бытие, чистое бытие – без всякого дальнейшего определения. В своей неопределенной непосредственности оно равно лишь самому себе, а также не неравно в отношении иного, не имеет никакого различия ни внутри себя, ни по отношению к внешнему. Если бы в бытии было какое-либо различимое определение или содержание или же оно благодаря этому было бы положено как отличное от некоего иного, то оно не сохранило бы свою чистоту. Бытие есть чистая неопределенность и пустота. – В нем нечего созерцать, если здесь может идти речь о созерцании, иначе говоря, оно есть только само это чистое, пустое созерцание. В нем так же нет ничего такого, что можно было бы мыслить, иначе говоря, оно равным образом лишь пустое мышление. Бытие, неопределенное непосредственное, есть на деле ничто и не более и не менее как ничто.

B. НИЧТО

Ничто, чистое ничто; оно простое равенство с самим собой, совершенная пустота, отсутствие определений и содержания; неразличенность в самом себе. – Насколько здесь можно говорить о созерцании или мышлении, следует сказать, что считается небезразличным, созерцаем ли мы, или мыслим ли мы нечто или ничто. Следовательно, выражение «созерцать или мыслить ничто» что-то означает. Мы проводим различие между нечто и ничто; таким образом, ничто есть (существует) в нашем созерцании или мышлении; или, вернее, оно само пустое созерцание и мышление; и оно есть то же пустое созерцание или мышление, что и чистое бытие. – Ничто есть, стало быть, то же определение или, вернее, то же отсутствие определений и, значит, вообще то же, что и чистое бытие.

C. СТАНОВЛЕНИЕ

Единство бытия и ничто

Чистое бытие и чистое ничто есть, следовательно, одно и то же. Истина – это не бытие и не ничто, она состоит в том, что бытие не переходит, а перешло в ничто, и ничто не переходит, а перешло в бытие. Но точно также истина не есть их неразличенность, она состоит в том, что они не одно и то же, что они абсолютно различны, но также нераздельны и неразделимы и что каждое из них непосредственно исчезает в своей противоположности. Их истина есть, следовательно, это движение непосредственного исчезновения одного в другом: становление; такое движение, в котором они оба различны, но благодаря такому различию, которое столь же непосредственно растворилось [85].

Как видно из приведенного фрагмента, Гегель к определению бытия и небытия подходит с эпистемологической точки зрения, то есть с позиции, которая позволяет знать об объектах поименованных как «бытие» и «небытие», точнее, «чистое бытие» и «чистое небытие». «Чистое» в том смысле, что эти объекты знания лишены всякой определенности, всего того, что могло бы их характеризовать и различать. С позиции знания Гегель пишет о чистом бытии как «неопределенном непосредственном», а о чистом небытии как о «неразличенности в самом себе». В этих своих значениях чистое бытие и чистое небытие есть «равенство с самим собой». Такое представление чистого бытия и чистого небытия логично приводит к выводу о том, что чистое бытие в своей «неопределенной непосредственности» равно чистому небытию в его «неразличимости в самом себе». Однако Гегель не ограничивается выводом об их равенстве в логическом определении. Если остановиться лишь на этом, то остается необъясненным не только движение мира сущего, но и образование самого мира сущего из бытия и небытия. В этом случае Гегель не продвинулся бы дальше пифагорейцев и атомистов.

В описании бытия и небытия Гегель не ограничивается лишь их «чистотой». Он обращает внимание на то, что чистое бытие одновременно равно и самому себе и чистому небытию, и чистое небытие также одновременно равно и себе и чистому бытию. Чистое бытие есть единство самого себя и своей инаковости, то есть чистого небытия; а чистое небытие соответственно есть единство самого себя и чистого бытия. Иначе говоря, чистое бытие и чистое небытие одновременно и равны друг другу и «абсолютно различны». Это их одновременное равенство друг другу и различие Гегель обозначает термином становление. Становление он определяет как их встречное движение друг к другу в их различии, в котором само движение «непосредственно растворяется». В следующем фрагменте Гегель описывает логику этого движения, выявляет моменты становления: