Г. Преобразованная агрессия - в новой ситуации

Уже из предыдущего раздела мы видели, что условия, в ко­торых реализуется внутриэтническая агрессия, существенно от­личаются от условий выражения и реализации межэтнической агрессии. Теперь рассмотрим еще несколько аспектов этого различия.

Мы уже знаем, что предпосылками возникновения межэт­нических конфликтов и агрессии являются этноцентризм, сте-

От межэтнической агрессии к внутриэтническои

343

реотипы и социальная ситуация, в частности — несправедливое распределение благ между этническими группами¹. Эти факто­ры вызывают агрессивное поведение и вообще потребность в защитной адаптации. Таким образом, межэтническая агрессия возникает в определенных условиях и на основе определенных же предпосылок. Возникает вопрос: в каких условиях появ­ляется внутриэтническая агрессия между индивидами и группами?

Ясно, что этноцентризм, как фактор возникновения агрес­сивности, исключается или почти исключается. Здесь может играть роль более общее явление — группоцентризм, который тоже порождает острые конфликты между семьями, кланами, политическими партиями и другими социальными группами этнического сообщества. Но в наших случаях смягчающим фактором являются общеэтнические представления и интере­сы. Стереотипы есть, особенно когда речь идет о конфликтах социальных групп, тем более при конфликтах субэтносов, име­ющих¹ психологические, культурные (например, языковые) и иные различия. Здесь главным образом играют роль автостерс-отипы или же гетеростереотипы о субэтносах, говорящих на различных диалектах единого национального языка. Что же ка­сается несправедливости и других отрицательных (конфликто-генных) факторов социальной жизни, они, конечно, есть, но это уже не межэтническая несправедливость.

Поэтому межэтническая агрессия, преобразуясь во внутри-этническую, так сказать, оказывается в новой социальной си­туации. Здесь механизмы психологического обоснования агрес­сивного поведения в значительной мере иные. Именно поэто­му межэтническая агрессия не может полностью преобразовать­ся во внутриэтническую форму. Часть МА сохраняется у инди­видов и групп в первоначальном виде.

Так, если во время межэтнического конфликта другому эт­носу приписываются отрицательные черты и злые намерения (атрибуция черт и каузальная атрибуция), то теперь уже осуще­ствляются внутриэтнические атрибуции. Чтобы оправдать агрес­сию против членов своей этнической группы, человек припи-

См., например, Brown. R. Social Psychology. The Second Edition, New York, 1986, pp. 533-534

344_______________________________________ Альберт Налчаджя н

сывает им черты враждебного этноса ("Ты — турок", "Ты — как немецкий фашист!" и т.п.); приписывает другие враждебные намерения и неприятные черты и т.п. Поэтому мы считаем, что возникшая от межэтнической агрессии вследствие ее преобра­зования внутриэтническая агрессия (как результат иных фрус­траций и стрессов) в первую очередь отличается тем, что ново­му противнику приписываются черты и намерения враждебно­го этноса. Именно поэтому в России в XIX веке возникло вы­ражение "внутренние турки". Это очень удобный для возбуж­дения агрессивности образ врага.

Для обоснования этой гипотезы полезно исследовать, напри­мер, как воспринимают и оценивают друг друга группы богачей и обездоленных, правящая элита и подчиненные и другие анта­гонистические социальные группы внутри одной этнической общности. Вспомним также исторический пример: марксисты считают, что конфликты между классами одного и того же об­щества могут быть острее и непримиримее, чем многие межэт­нические и межгосударственные конфликты. Поэтому они при­зывали пролетариев всех стран соединиться для борьбы против капиталистов и эксплуататоров всех стран. Пролетарии всех стран — братья, но они же — враги всех капиталистов¹.