Виды контрактов в классическом римском праве.

- вербальные:

(от лат. Verbum-слово) в римском праве древнейшие религиозные договоры-клятвы, для возникновения обязательств по которым требовалось произнесение определенных слов (напр, стипуляция)

С типуляция – контракт, который заключался вопросом (sponsio) будущего должника (stipulator) и совпадающего с вопросом ответа лица, согласившегося быть promissor (кредитором)

Стипуляция сохранила первое место в системе контрактов даже тогда, когда все остальные виды договоров уже были сконструированы, по следующим причинам.:

- формализм, благодаря которому стипуляцию было легко доказывать - достаточно было сослаться на 5 свидетелей (хотя крайний формализм мог быть и недостатком договора – так, изначально его не могли заключать глухонемые)

- в форму стипуляции можно было облечь самые различные соглашения (чаще всего – заем; также обязательство передать цену вещи по договору купли-продажи и т.п.)

- обязательство по договору займа было ничем не обусловлено, что было удобно для деловых людей; то же преимущество имеет современный вексель (также абстрактное и строго формальное обязательство), поэтому И.А. Покровский называл стипуляцию «устным векселем», «предтечей векселя»

 

В стипуляции, как в любом договоре, на каждой стороне могло быть по одному лицу (простая стипуляция) или по несколько лиц (усложненная стипуляция; порождала корреальное обязательство, которое могло быть долевым или солидарным).

Также к вербальным контрактам относились dotis dictio (обещание предоставить приданое) и iurata operarum promissio (клятвенное обещание вольноотпущенника)

 

ּ формальные

ּ абстрактные

 

 

- литтеральные - обязательство возникает не из соглашения, а из той письменной формы, в которую оно облечено.

-

Литтеральные контракты возникают в доклассический период. Самый старинный вид таких договоров – записи в приходно-расходных книгах, которые имелись у всех участников оборота (возможно, ведение таких книг было обязательным, т.к. они были прекрасным ориентиром для публиканов – частных лиц, бравших на откуп сбор налогов). В богатых домах обычно имелась tablinum – счетная комната, где находилась книга и где в нее вносились записи.

Если Тит давал Ливию в долг 500 сестерциев, то у Тита эта операция отражалась в графе «расход», у Ливия – в графе «доход». Допустим, через некоторое время уже Ливий дает Титу в долг 300 сестерциев, что соответственно отражается в их книгах. Сами по себе эти записи не порождали обязательства, но периодически римляне подводили записям итог. В данном случае получалось, что Ливий должен Титу 200 сестерциев. Эта итоговая запись как бы отрывалась от отражаемых операций и сама по себе порождала обязательство.

Приходно-расходные книги были неудобны; постепенно их переставали вести, и уложению Юстиниана они уже неизвестны. Им на смену из греческой практики приходят долговые расписки. Самые ранние расписки назывались syngrapha (синграфы), которые составлялись от третьего лица и потому подписывались не только должником, но и свидетелем. В период империи им на смену приходят chirographa (хирографы), которые составлялись в первом лице и подписывались только должником либо должником и свидетелем.

- реальные (заем, ссуда, хранение):

ּ считаются заключенными после того, как заключено соглашение и на его основании передана вещь

ּ возникают как односторонние, но могут иметь отложенную синналагму

 

- консенсуальные (купля-продажа, имущественный наем, товарищество, поручение, contractus eumphyteusius):

ּ считаются заключенными с момента достижения соглашения

ּ имеют совершенную синналагму

- безымянные

выделялись в отдельную группу, потому что в существующую классификацию они не вписывались:

- не вербальные и не литтеральные по форме

- не реальные, т.к. имеют совершенную синналагму

- не консенсуальные, т.к. обязательство возникает в момент передачи вещи

Юрист Павел выделял четыре схемы поведения контрагентов в безымянных контрактах:

ּ do ut des (даю, чтобы ты дал) – договор мены

ּ do ut facias (даю, чтобы ты сделал) – даю тебе вещь, чтобы ты отпустил на вол своего раба

ּ facio ut des (делаю, чтобы ты дал) – отпускаю своего раба, чтобы ты дал мне вещь

ּ facio ut facias (делаю, чтобы ты сделал) – отпускаю своего раба, чтобы ты отпустил своего

Безымянные контракты:

- contractus aestimatoris (оценочный договор) – напоминает современный договор комиссии: вещь передается одной стороной другой стороне для продажи; после продажи вторая сторона должна уплатить первой определенную сумму денег, причем если вещь удалось продать дороже, остаток остается у второй стороны. Этот договор был слабо урегулирован; мы даже не знаем, переходило ли к продавцу право собственности на вещь

- permutatio (договор мены) – две стороны (продавцы) передают друг другу вещи в собственность. Мена напоминает куплю-продажу тем, что это договор возмездной передачи вещей в собственность, названием сторон и тем, что она имеет совершенную синналагму. Мена отличается от кпли-продажи тем, что обязательство возникает с момента передачи вещей.

Исторически мена возникла раньше купли-продажи, тогда, когда еще не было эквивалента

1. Mancipatio и in iure cessio в праве древнего Рима.

Манципация- в римском праве строго формальная сделка отчуждения манципируемых вещей, заключалось посредством «меди и весов».Она предполагала приглашение не менее 5 свидетелей и весодержателя. Приобретатель, держа в руках кусок меди, произносил торжественную формулу: «Утверждаю, что это <...> по праву квиритов принадлежит мне и что <...> должно считаться приобретенным мною за этот металл и посредством этих медных весов». Затем он ударял куском меди о весы (обряд возник, когда еще не было чеканной монеты) и передавал его в качестве эквивалента (цены) тому, у кого приобретал вещь посредством манципации.

Позднее в древнейшем праве стал применяться еще один способ передачи права собственности, котрый мог применяться как к манципируемым, так и к неманципируемым вещам (in iure cessio) Данная процедура представляла собой фиктивный судебный спор, который разыгрывался в присутствии претора. Покупатель делал вид, что отчуждаемая вещь принадлежит ему, произносил торжественную формулу, отчуждатель же не возражал против такого заявления, и претор присуждал вещь-предмет спора приобретателю, как будто являющуюся его собственностью.