Показатели электрической активности головного мозга при реакциях разных уровней реактивности

Анализ ЭЭГ человека был проведен Е.П.Коробейнико-вой в динамике по энцефалограммам с хорошо выраженным а-ритмом при различных адаптационных реакциях. Были выявлены следующие различия.

При реакциях спокойной и повышенной активации мощность а-ритма в затылочных отведениях в среднем в 4,9 раза превышала таковую во фронтальных отведениях. При реакции тренировки это соотношение было равно 2,2 - 2,9. При стрессе этот показатель был очень вариабелен, что, воз­можно, связано с различной продолжительностью вспышек — ритма и наличием участков его редукции, и мог колебаться от 2,0 до 20. При напряженных реакциях низких уровней реактивности эти показатели даже для антистрессорных реакций приобретали некоторые стрессорные характеристи­ки: вариабельность показателей увеличивалась и выходила за пределы реакции, хотя и не доходила до разброса, свойст­венного стрессу.

Известно, что для формирования корковой ритмики имеет большое значение поток специфической ориентации.

В частности, существует тесная связь а-ритма со зрительной системой, вследствие чего мощность а-ритма максимально выражена в затылочной коре.

Снижением этого ритма кора реагирует на различную степень деафферентации (Новикова Л.А., 1966). Функцио­нальное состояние ЦНС при антистрессорных реакциях в отличие от стресса обеспечивает лучшие условия для про­хождения информации, а стресс тем или иным образом блокирует этот процесс. При напряженных антистрессорных реакциях также страдает прохождение информации, хотя и не в такой степени, как при стрессе. При стрессе разной тяжести (разных уровней реактивности) эти явления выраже­ны также в разной степени. По-видимому, наибольшая выра­женность градиента амплитуды а-ритма в ростро-каудальном направлении при реакции активации свидетельствует об оптимизации функционального состояния коры мозга (Коробейникова Е.П., Шихлярова А.И., Чигринов И.А., Топчий И.А., 1996). Отличия между реакциями отмечались и по лабильности коры головного мозга, оценивавшейся по функциональной пробе на открывание и закрывание глаз. Физиологические реакции тренировки и активации сопро­вождались сохранностью лабильности коры. При стрессе было отмечено как отсутствие реакции на пробу, так и реак­ция экзальтации а-ритма.

Для анализа ЭЭГ был использован метод исследований, получивший наибольшее распространение в клинической практике. Это метод исследования спектральной мощности. Одним из основных критериев при анализе ЭЭГ является симметрия. Под симметричностью принято понимать су­щественное совпадение частот, амплитуд и фаз ЭЭГ гомо-тропных областей двух полушарий мозга (Зенков Л.Р., 1996). Было показано, что при тренировке и спокойной активации высоких уровней реактивности хорошо выражены зональные различия в локализации а-ритма. Расположенный симмет­рично, он в разной степени был представлен в различных областях коры. По региональным проявлениям колебаний а-диапазона картины реакций тренировки и активации были близки. Повышенная активация даже с элементами напря­жения (на низком уровне реактивности) также имела вполне

симметричный характер распределения а-ритма. Стресс же проявлял себя асимметрией а-ритма в зоне его максималь­ной выраженности — в затылочных долях. В зависимости от тяжести стресса (от уровня реактивности) асимметрия была выражена в разной степени).

Анализ усредненных энцефалограмм онкологических больных до и после применения ЭМП выявил тенденцию к снижению мощности а-ритма при сохранении амплитуды и локализации в лобно-центральной области коры. Кроме того, была отмечена смена доминирующего ритма: до воз­действия доминировал дельта-ритм, а после — а-ритм.

Перестройка ритмов ЭЭГ в сторону преобладания более высокочастотных свидетельствует о формировании функцио­нального состояния ЦНС, адекватного активному бодрство­ванию (Данилова А.А., 1985). Эти перестройки в ЭЭГ могут быть связаны с влиянием слабых МП, а именно — возмож­ностью модулировать уровень реактивности организма, на которым развивается общая неспецифическая адаптационная реакция.

Для анализа реографических кривых использовались следующие показатели: реографический индекс (РИ), харак­теризующий величину систолического притока; дикротичес-кий индекс (ДКИ), характеризующий уровень тонуса сосудов начальной части микроциркуляторного русла (артериол и прекапилляров); дистолический индекс (ДИ), характеризую­щий уровень тонуса конечной части микроциркуляторного русла (посткапилляров, венул и вен); модуль упругости (МУ), характеризующий состояние эластических свойств артериальных сосудов большого калибра и частично сред­него; время запаздывания реоволны — для оценки систем­ного сосудистого тонуса. При реакции тренировки в боль­шинстве случаев ДКИ и ДИ лежали в пределах должных (нормальных) величин. В случаях незначительного повыше­ния тонуса и затруднения венозного оттока эти явления наблюдались в бассейнах как сонных, так и позвоночных артерий. Коэффициент асимметрии не превышал норматив­ного значения (20%) - то есть, сосуды обоих полушарий реагировали однонаправленно. Те же тенденции были харак­терны для реакций спокойной и повышенной активации без

элементов напряжения (высоких уровней реактивности). Повышенная активация с напряжением и переактивация всегда сопровождались значительным повышением тонуса мелких артерий и артериол, в то время как венозный отток из сосудов среднего и мелкого калибра бывал нарушенным в разной степени («незначительно», «умеренно» или «значи­тельно» по описанию ЭЭГ в системе «Энцефалан»). При стрессе нарушения регуляции сосудистого тонуса проявля­лись, прежде всего, в рассогласовании реакции сосудов среднего и мелкого калибра бассейнов сонных и позвоноч­ных артерий, а также в асимметрии пульсового кровенапол­нения. Асимметрия по этим показателям наблюдалась только в одном из бассейнов, превышая нормативный показатель примерно в два раза.

Таким образом, предварительные исследования говорят о том, что изучавшиеся показатели активности мозга раз­личны при разных адаптационных реакциях разных уровней реактивности.