Всякий раз, когда в истории является революционная интеллигенция, это следующий шаг человечества к Страшному суду.

еволюционная интеллигенция проявляет себя в разных – внешне очень не похожих – формах. Но всякий раз, чтобы разглядеть революционера и трансгуманиста, нужно держать в памяти духовный портрет нефилим’ов и гибборим’ов, также – их кончину.

И сказал Бог: сотру человека (адам), которого Я сотворил, от лица земли (адамá).

Быт. 6:7

Человек и земля больше не подходят друг другу. «Сотру» – это очень решительное выражение: ототру, вытру (¢pale…yw; то же в ТМ – глагол маха hxm). «Сотру» означает физическое очищение и мистическое истребление. Бог «стирает» человека «из Книги Своей» (Исх. 32:33), «стирает имя из-под небес» (Втор. 9:14). «Стирает» Бог – «память из-под неба» (Исх. 17:14).

Господь говорит «сотру» – так, что ни имени, ни памяти о тех допотопных исполинах не будет. Способ, каким они погибнут, определен такой, что нет возможности героизировать «этих», кто назван в переводе «гиганты» и «исполины». Этих гигантов-исполинов нужно вытереть от земли – как грязь, как слизь, как яд… Романтическая идеализация – обычная самооценка героев революции: «Ты говорил в помышлении твоем: на небо взойду» (Ис. 14:13). На небо... Их с земли вытрут, и падение их будет «ниже воды».

Таких, как допотопные, больше не будет. В Новое время революционная интеллигенция явилась в череде социальных революций и оставила после себя такой след в мировой истории, что, думается, и этот тип революционера – «мы новый мир построим» – ушел в прошлое. Таких, как в три прошлых века, больше не будет…

Остался тот тип революционной интеллигенции, который пребудет до конца – в том виде, как о нем сказал Христос в притче о плевелах.

На одном поле посеяны пшеница и плевелы. Поле есть мир; «доброе семя» сеял Сын Человеческий; плевелы посеяны врагом: «когда люди спали, пришел враг и посеял между пшеницею плевелы и ушел». Плевелы («сыны лукавого») не выдергивают с поля, на котором растет пшеница, чтобы, «выбирая плевелы, не выдергали вместе с ними и пшеницы» (см. Мф. 13:24-30, 37-43). Плевелы растут на поле пшеничном – до жатвы («жатва есть кончина века»). Во время жатвы сперва собирают не пшеницу – «сперва» собираются плевелы, они связываются в снопы и пожигаются (Мф. 13:30).

Сыны Божии «прилепляются к Господу» (1 Кор. 6:17), и тем они живут, и через то весь мир живет. «Сыны лукавого» всеяны «врагом» между сынами Божьими – жмутся к ним и мешаются между ними. Таков их способ выживания…

«Сыны лукавого» – эта революционная интеллигенция, которая не делает революций, но – поскольку она от лукавого – трудится над тем, чтобы не быть от Адама.

Трансгуманизм рождается и в религиозной, и в безрелигиозной среде, соответственно, он будет иметь две модификации, они во всем различны, кроме одного – срослись в своей вершине и (имея органы в двух разных средах) содействуют друг другу в главном: «человек – это то, что нужно преодолеть».

1. Трансгуманизм религиозного направления по внешним признакам вообще не опознается как революционный тип. Хотя бы потому, что он очень древний. Революционер этого типа по всем внешним признакам – представитель традиционного общества и носитель древнего благочестия. Этот революционер имеет свою мистику, но и на поверхности можно наблюдать два явления, в которых обнаруживается, что это – та еще «революционная интеллигенция». Во-первых, внутри этого сообщества действует закон, что родство передается от матери. Во-вторых, вспомним притчу о плевелах, революционеры этого типа живут в рассеянии уже две с половиной тысячи лет (со времени Вавилонского плена).

Жизнь в рассеянии – это глобальный масштаб. По мере созидания всемирной цивилизации опыт всемирной жизни становится все больше востребован. Отдельные революционные вспышки последних трех (почти четырех) веков помогают увидеть, что трансгуманист религиозного типа – не просто революционер, он заключает в себе недра всякой революционности… Революции быстро сжирают своих детей, однако есть такой революционер, который не исчезает, потому что имеет религиозную задачу глобального смысла – его главная революция впереди.

Всякого рода социальные перевороты – это только раскачивание устоев. Традиционные общества нужно было корчевать только – чтобы приближать время последнего переворота. Мир должен стать всемирным, и в нем человеку, который хоть как-то несет в себе образ Божий, не должно быть места… Черты этой революционной эпохи описаны в Апокалипсисе. Для понимания современности достаточно слов Евангелия, где