Перед лицом «жизненной несправедливости»

Дэйв Кардер

Вернемся к нашей старой знакомой — Джулии, историю которой вы прочли во вступлении, и посмотрим, как она живет сейчас.

…Вечером Джулия опустила свой дневник на колени и вздохнула: она занималась проведением «обзора» своей духовной и душевной жизни за последние восемнадцать месяцев. Джулия постепенно училась строить близкие отношения с детьми и со вторым мужем. Ей все еще было необходимо бороться с беспокойством и тревогой, которые сопровождают любые перемены. Ей уже надоело ежеминутно ощущать себя слабой и испуганной — Джулия отчаянно хотела поскорее достигнуть состояния, как она его называла, «нормального человека». Джулия хотела испытывать подлинную близость с теми, кого она любила. А как она желала, чтобы из ее души ушла тревога, которая, затаившись, только и дожидалась малейшей причины, чтобы мучительной волной захлестнуть душу. И как же трудно всего добиваться! Зачем Господь сделал человеческие отношения настолько сложными? Но, с другой стороны, если сравнить с тем, какой она была еще три года назад — прогресс огромный.

Джулия уже умела уверенно говорить «да» и «нет» там, где этого требовали обстоятельства. Да, и вот еще достижение, которому она была несказанно рада, — Джулия стала видеть, в чем и как контролирует себя и свое окружение. Джулия некоторое время наслаждалась удовлетворением от хорошо проделанной работы. Перевернула несколько страниц — и опять вздохнула: все–таки приходилось признать, что иногда даже в областях, где успех несомненен, она порой отступала назад. Боже, ну почему для духовного роста и исцеления души требуется так много времени?

Сейчас Джулия уже могла признаться перед собой, а иногда даже и перед другими людьми, что у нее имеется много хороших качеств. Потерпев неудачу, Джулия гораздо быстрее, чем раньше, снова вставала на ноги и восстанавливала душевное равновесие. Ей вспомнились случаи, когда неудачи приводили ее к запоям или употреблению наркотиков. Слава Богу, все это осталось в прошлом.

Еще одна причина для радости: Джулия обнаружила в себе способность противостоять людям, которые воплощали для нее власть и авторитет — например, родителям или своему непосредственному начальнику. Она никогда не забудет, как, уже взрослая, умирала со страха в присутствии тех, кто обладал хоть какой–то властью. И лишь заподозрив, что кто–то может проявить по отношению к ней насилие, Джулия просто взрывалась от гнева, удивляя и пугая окружающих.

Из памяти Джулии стерлись месяцы и даже годы. Некоторые из них было просто невозможно восстановить из–за наркотиков и алкоголя, которые она в то время употребляла. А о других ей не хотелось ни воспоминать, ни думать. Иногда Джулии казалось, что эти воспоминания стоят на пороге ее сознания, как нежеланные гости у двери дома. И тогда в ее душе начиналась борьба — такая тяжелая, что порой она ночи напролет лежала без сна. Даже самая любимая еда казалась ей безвкусной и не приносила утешения, как это бывало раньше. В такие периоды ей часто казалось, что она не выдержит, сломается или вновь разрядится во вспышке бесконтрольной ярости. Тогда Джулия впадала в панику.

Порой Джулия вспоминала разговоры с консультантом о «своей Гефсимании», как она сама назвала перемены, происходящие в ее жизни. Ведь даже когда ей было очень трудно, она чувствовала, что внутри нее не прекращается работа. Постепенно направление исцеления сместилось: Джулии уже не надо было что–то радикально изменять или строить заново. Теперь ей следовало научиться принимать то, что изменить невозможно.

На глаза Джулии навернулись слезы: ну почему на свете есть вещи, которые невозможно изменить? Ведь это так несправедливо, действительно несправедливо! Если уж любящий Бог отдает детей на попечение в семьи, то почему же ей Он дал таких злых родителей? Джулия никак не могла этого понять. Она была такой маленькой, слабой девочкой, а они —такими громадными, сильными, грубыми. Какой во всем этом смысл?

Христос ведь призывал детей приходить к Нему — а Джулия, когда была ребенком, часто чувствовала себя оставленной Богом. Сейчас, когда Джулия позволяла себе признать реальность своих детских переживаний, то физически ощущала, как растет боль в ее душе. И тогда она ложилась на диван, сворачивалась в клубочек и сотрясалась от безудержных рыданий, так что подушка была мокрой от слез.

Но однажды Джулия вдруг осознала, что на самом деле все это время Христос был рядом с ней. Она вспомнила: в детстве знание о том, что, когда ей больно, Господь находится с нею, было для нее единственным источником утешения. И ведь Он был тем ближе, чем отчаяннее она нуждалась в Его присутствии. Изредка маленькая Джулия чувствовала, что Он словно сидит рядом с ней на кровати. А иногда ей казалось, что Он держит ее за руку и говорит: «Я все понимаю».