Природа лексической безэквивалентности

Переводчику очень полезно иметь представление о причине лексической безэквивалентности. По своей природе безэквивалентные лексические единицы делятся на четыре группы:

Слова-реалии. Причиной безэквивалентности этих лексических единиц является отсутствие в практическом опыте носителей языка перевода предметов и явлений, а стало быть и понятий, обозначенных этими словами. Так, подавляемому большинству русскоязычных не известны такие явления, как англ. / америк. drive-in (предприятия, где клиентов обслуживают прямо в их автомобиле), primaries (предварительные выборы, определяющие кандидатов в президенты от двух основных политических партий в США), нем. Rechtfest (праздник строительной бригады по поводу возведения кровли дома). В свою очередь, мало кому из иностранцев известно, что такое частушки, масленица, квас и т.д.

Временно безэквивалентные термины. По своей природе безэквивалентная лексика этого типа близка к словам-реалиям. Ее безэквивалентность обусловлена неравномерным распространением достижений в области науки, техники и в социальной сфере, в результате чего новшество, присутствующее в практическом опыте носителей ИЯ, какое-то время может быть практически неизвестно носителям ПЯ. Однако, это неравенство практически нивелируется: грейпфрут (от английского grape-fruit), компьютер (от английского computer) и т.д.

Случайные безэквиваленты. Эти лексические единицы обозначают предметы и явления, которые присутствуют в практическом опыте как носителей ИЯ, так и носителей ПЯ, но в последнем по каким-то причинам не получили своего наименования. Так, к примеру, в русском языке нет специальных обозначений для отрезков суток, которые в немецком обозначаются как: Vormittag (время с утра до полудня), Nachmittag (время между полуднем и вечером), Spätnachmittag (время около 6 вечера).

Наиболее общим объяснением случайной лексической безэквивалентности может послужить ссылка на широко известную теорию лингвистической относительности, в соответствии с которой разные языки по-разному формируют картину мира для людей, говорящих на них. При этом некоторые языки могут «не заметить» какие-то детали действительности и оставить их без обозначения.

Структурные экзотизмы. Эта группа безэквивалентных лексических единиц ИЯ сходна со случайными безэквивалентами тем, что обозначаемые ими предметы и явления присутствуют также и в практическом опыте носителей ПЯ, но тоже не имеют в нем обозначений, как и в случае со случайными безэквивалентами. Отличие же структурных экзотизмов от случайных безэквивалентов заключается в том, что их отсутствие поддается объяснению. Оно сводится к тому, что ПЯ просто не располагает средствами, которые были бы аналогичные средствам ИЯ и позволяли бы создать достаточно компактное обозначение для упомянутых предметов или явлений. Так, например, немецкое словосложение в определенных случаях позволяет обозначить одним сложным словом достаточно тонкие детали окружающей нас действительности, в то время как в русском языке для этого требуется достаточно развернутая характеристика: Wunschdenken – мышление, определяемое желаниями человека и игнорирующее реальность.

Лексические единицы ИЯ с невозможной для ПЯ словообразовательной структурой при сравнении ИЯ и ПЯ выглядят при взгляде со стороны ПЯ весьма необычно, можно сказать экзотически. Поэтому мы называем их структурными экзотизмами.

В соответствии с их природой мы выделяем четыре класса лексических единиц ИЯ, не имеющих лексических соответствий в ПЯ.

Таблица 14 – Классы лексических единиц ИЯ, не имеющих лексических соответствий в ПЯ

Знание природы лексической безэквивалентности помогает переводчику преодолевать связанные с ней трудности.