Богоявление было такой формой богообщения, когда участником его стало человечество.

Ему было дано ощутить, чем был «глас един» до Вавилона. Человечество не утратило многоязычия (это дар Божий), но вернулось к богообщению, превышающему различие «языков» (народов).

После Воскресения Христова это должно было произойти – в определенный день, он был указан и приготовлен в Ветхом Завете. Это день пятидесятый, в котором содержится число вечной жизни: если день Воскресения – «день один», он же восьмой (7+1), то Пятидесятница – это седмиц семь и день один (7х7 +1).

Как в Воскресении Христовом произошла замена еврейской Пасхи (точнее, еврейская Пасха явила свой конечный смысл), так и Пятидесятница заменила собой праздник Ветхого Завета – день, в которой был дан Закон. «В какой день дан Закон, в тот же нужно было даровать и благодать Духа… В день Пятидесятницы (по еврейскому обычаю) приносили новые плоды и разные лица сходились под одно небо (в Иерусалим); в тот день начатки от всякого народа собрались ради благочестия» (блж. Феофилакт).

При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе.

И бысть внезапно с неба шум (Ãcoj), как бы от несущегося дыхания бурного, и исполнил весь дом, где они сидели.

И явились им разделяющиеся языки (glоssai), как бы огненные, и сел [язык] по одному на каждом из них.

И исполнились все Духа Святого, и начали говорить иными языками (glиssaij), как Дух давал им провещевать.

В Иерусалиме же проживали Иудеи, мужи благоговейные от всякого народа, которые под небом.

Когда же был глас тот(fwnÁj taЪthj),собралось множество (народа) и пришло в замешательство, ибо каждый слышал их говорящих его собственным наречием (dialšktJ).

Деян. 2:1-6

Событие происходит как бы под единым небом, история вновь становится всеобщей… Языки «явились как разделяющиеся» – от единого средоточия огненного, которое шло с неба как глас.

Шум был без ветра, языки без огня, «чтобы не помыслил кто-то чувственно о Духе» (св. Ин. Златоуст). «Языки явились», и оптический образ был выражением гласа; то, что в гласе, является зрительно, а весь дом (добавляет св. Ефрем Сирин) наполнился благоуханием.

«И была вся земля глас един для всех»… Одинаково до Вавилона и в Пятидесятницу соединение неба с землей происходило в Духе как глас. Вавилонские столпотворители нацелились в небо и потеряли связь – неба с землей в Духе как глас. Теперь эта связь восстановилась. В Вавилоне Господь смесил (смешивал: sunšceen) язык, разделял народы, что сопровождалось утратой взаимного понимания и замешательством. В Пятидесятницу, «когда был глас тот, множество народа пришло в замешательство (sunecЪqh)», из которого выводит апостольская проповедь.

Св. Церковь воспевает Пятидесятницу, сопоставляя ее с Вавилонским смешением языка:

«Когда нисшедше языки смешивал (sunšceen), [тогда] разделял народы Всевышний;

когда огненные языки раздал, Он в соединение всех призвал; и мы согласно славим Всесвятого Духа».

«Един глас» осенил человечество, но первичное говорение не вернулось. Почему Бог не вернул отъятого дара – того говорения, что называлось «одна губа»?

1.«Довольно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи» (2 Кор. 12:9). «Едино есть на потребу» – богообщение, одно только нужно человеку: «благая часть, которая не отнимется», ее избрала Мария, которая «села у ног Иисуса и слушала слово Его» (Лук. 10:39-42).

Мы говорим на разных языках, но имеем в богообщении единый Дух – «соединение и согласие», в Церкви мы слышим «глас» Пастыря. Для спасения этого «довольно».

2.Творение многоязычия есть дело Бога Троицы [7]. Для того, чтобы сотворить язык, основу всех языков, Господь должен был сойти на землю: «Сказал Господь: сошедшие да смесим там их язык» (Быт. 11:5, 7). Сотворяя язык, Бог «сошел» на землю, как сойдет в Боговоплощении Сын Божий. Бог приготовил «язык»: «смесил» его как хлеб, назначенный к жертве и раздаянию. В Боговоплощении Бог Слово предложит Свое Тело – вкушать верующим как хлеб.

Бог Дух Святой соучаствовал в «смешении языка», в Пятидесятницу от Того же Духа апостолы получили дар говорить на иных языках и вышли на проповедь.

3.Многоязыкие есть реальное богатство народов. Каждый язык несет на себе печать божественного происхождения. Как человеку дано явить образ Божий как образ свой, так и своеобразие народа и его языка – Богу желанно. В языке народа записана его духовная биография.

4.Рассеяние имело не только отрицательный, но и положительный смысл. До времени положительный смысл был неясен. С христианством пришло время этот смысл высказать. Когда «апостол язычников» встретился с самым мыслящим и эстетически одаренным из народов античности, – апостол Павел с эллинами на Ареопаге, – Павел сказал (Деян. 17:26, 27):

Бог от единой крови сотворил весь род (œqnoj) человеческий, чтобы обитать по всему лицу земли, определив предназначенные сроки и пределы их обитания, дабы они искали Бога, не ощутят ли на ощупь и не обрящут ли (взыскати Господа, да поне осяжут Его и обрящут).

«Ищите Бога, пока не сможете осязать Его» – такова, по апостолу Павлу, историческая задача народов дохристианской древности, так сказать, заповедь их исторического бытия. Рассеяние народов имело такой положительный смысл.

Субъект истории есть народ (каждый из народов), а не единая цивилизация, которая претендует на универсальность и общечеловечность, духовно же называется «Вавилон», и которая хочет эти народы собою подменить.

5. Рассеяние народов и смешение языка будут до времени препятствовать демонической унификации человеческих культур – но лишь до времени. Вавилон Книги Бытия был первым Вавилоном: будет и последний… Если в древнем Вавилоне общая речь (говорение) и единомыслие его строителей содействовали катастрофе, то что сказать о Вавилоне современном? Современный Вавилон – путь к катастрофе. В области языка современный Вавилон стремится уйти от многоязычия, но не это главное.