Танцующая мужественность Западной Африки: прогрессивный моле

В племени, живущем в центральной части Заира, сохранилась традиция с характерной историей возникновения и возрождения. Ритуальный танец с масками не только неотъемлемая часть религиозных обрядов, но и любимая форма народного развлечения. В настоящее время танец с масками исполняют почти исключительно для развлечения, танцоры в масках — наиболее частые гости на фестивалях, их приглашают на телевидение; актеры берут с собой маски, выезжая в другие страны. Эта традиция, быстро отреагировавшая на изменения социального порядка и открытая к переменам, уже доказала, что она гораздо более жизнеспособна, чем аналогичный обычай, существовавший в соседних племенах. Например, родственное племя, живущее на востоке Заира, где существовал более жесткий регламент использования масок (исключительно для религиозных обрядов), со временем почти выродилось, и теперь танец с масками в этом племени исполняется лишь изредка, преимущественно перед старейшими членами общины (Strother, 1995).

Танец с масками — традиционный вид искусства Западной Африки, в котором маска не только подразумевает лицо, вырезанное из цельного куска дерева, но также является частью костюма и рисунка танца, созданных специально для божества или нового персонажа. В племени, которое живет на западе, новая маска вырезается каждый раз, когда рождается новая идея или характер, который соплеменники признают важным для жизни общины. В нашем примере созданием маски, изображающей прогрессивного молодого африканца, племя обязано молодому человеку по имени Гамбеши. Рассказывают, что однажды Гамбеши влез на манговое дерево, чтобы сорвать себе спелый плод. Не успел он осуществить задуманное, как у подножия дерева появилась женщина средних лет и попросила Гамбеши достать ей хорошее манго. Сорвав фрукт и сбросив его вниз, молодой человек снова попытался добыть плод для себя, но тут к дереву подошла пожилая женщина и стала просить, чтобы он дал плод и ей. Так продолжалось весь день до тех пор, пока раздосадованный Гамбеши, потеряв терпение, не закричал, что молодых членов общины всегда используют как слуг для старших. После этого случая у молодого человека возникла идея продемонстрировать образ прогрессивного молодого человека с помощью языка танца, чтобы выразить несогласие с устоявшейся моделью распределения власти между старшими и младшими членами общины, где последним всегда достается подчиненная роль.

Когда Гамбеши танцевал свой танец, первые его движения были отточенными и соответствовали характеру персонажа. Он был таким, как его видел Гамбеши, но костюм и маска были наспех выполненной импровиацией. Воодушевленный успехом, который его маска имела у зрителей, Гамбеши обратился к резчику по дереву с просьбой вырезать деревянную маску для костюма. Стротер подробно описывает, как протекало сотрудничество между молодым человеком и скульптором во время совместной работы над новой версией маскулинности западного племени, воплощенной в скульптурной форме маски:

По замыслу Гамбеши, современный характер маски должен был выражаться в ее натурализме. Ему пришлось проявить всю свою настойчивость, чтобы уговорить резчика по дереву отказаться от скульптурных приемов, которые делают маски западного Заира легко узнаваемыми (опущенные уголки глаз, сплошная линия бровей). Скульптор хотел воспользоваться стамеской, чтобы сделать черты лица более резкими, передавая упругую мускулатуру молодого человека, выступающие надбровные дуги и непропорционально большие глаза и нос, однако после продолжительной дискуссии уступил, соблюдая обычай потакать желаниям клиента. Поэтому и была создана уникальная маска, не похожая ни на одну из тех, что использовались в маскарадах племени раньше. У нее были мягкие черты лица, естественные пропорции, полные губы и нарисованные, а не вырезанные из дерева глаза (Strother, 1995: 27-28).

Наиболее важная деталь этого примера: Гамбеши особенно настаивал на том, чтобы скульптор сделал маске модную прическу в стиле ретро, что должно было, по его замыслу, символизировать «молодость, следующую за сиюминутной модой» (Strother, 1995: 28). Таким образом, использование модной тенденции в качестве стилистического приема для выражения нового образца маскулинности стало отличительной чертой, характерной для масок только этого племени, и выражением протеста против исторически сложившейся геронтократии.

Этот пример иллюстрирует практическую значимость Zeitgeist-концепции изменений в моде, проявления которых можно наблюдать даже в западноафриканском культурном ареале. В этом случае интерес молодых мужчин к образу жизни своих ровесников в западноафриканских городах дал толчок к развитию нового типа мужчины, который по-иному выстраивает отношения с другими членами общины. На каждом из этапов творческого процесса — создания танца, а затем костюма и наконец деревянной маски, которые были необходимы для выражения современного понятия о мужчине, — Гамбеши вкладывал в свое творение особый дух времени, которое переживало его племя в тот момент своего развития. Вместе с танцем, костюмом, модной прической и другими характерными атрибутами данной тенденции маска способна вызвать трансформацию тендера, а вместе с ней и изменения моды.

Мода как цикл

А времена года все бегут и бегут по кругу... Мы все узники на карусели времени.

Mitchp.ll. 1966

Считается, что единственное, в чем мода постоянна, так это в своем изменении из сезона в сезон. Тем не менее существует достаточно много теоретиков, пытающихся построить модель и сформулировать закономерности этого непрерывного потока изменений. Теории модного потока или распространения моды, уровень ее воздействия и восприятия, географические границы признания модного продукта потребительской аудиторией, продолжительность его жизни или степень интереса к нему — все это характеристики модного цикла. Специалисты, внесшие вклад в исследование закономерностей модных циклов, представляют самые разные сферы науки и производства, включая экономику, антропологию, бизнес, текстильную и швейную промышленность. Закономерности, характеризующие цикличность моды или виды модных циклов, разделены прежде всего по протяженности: кратковременности или долговременности (Sproles, 1981). Кратковременный цикл моды совпадает с продолжительностью жизни продукта и может составлять от 30 дней до двух лет. Долговременный же модный цикл повторяет рисунок эволюционного развития. Он может существовать на протяжении отрезков времени длиною в век, превышая продолжительность жизни большинства людей. Основное внимание в последующих разделах этой главы будет уделено детальному обсуждению структуры закономерностей модных изменений в рамках кратковременных и долговременных циклических отрезков.

Кратковременный модный цикл