Смысл двух превращений Шарика в повести М. Булгакова «Собачье сердце»

Повесть «Собачье сердце» — одно из вершинных произведений М. А. Булгакова. В ней соединяются конкретные приметы реальности 20-х гг. и фантасти­ка. Писатель показывает гротескный образ современ­ной ему действительности.

В основе повести лежит великий эксперимент про­фессора Преображенского. Филипп Филиппович — известный, всеми уважаемый врач, проводящий уди­вительные операции по омоложению пациентов. Ему нет равных, он настоящий ас в своем деле.

В одной из подворотен профессор Преображенский находит бездомного пса Шарика, голодного и несчаст­ного, и решает взять его к себе. Но Преображенским руководит отнюдь не гуманное отношение к живот­ным и не бескорыстие. Он уже задумал свой опыт и вот подыскал для него подходящий экземпляр. Ша­рик живет незавидной жизнью. Каждый день он вы­нужден слоняться по подворотням в поисках куска хлеба. Ему негде укрыться от мороза и вьюги. Он оз­лоблен. При этом Шарик очень неглуп. У него есть собственная оценка быта, нравов, жителей Москвы.

Преображенский сразу привлек внимание Шари­ка. «Именно гражданин, а не товарищ, и даже — вер­нее всего — господин»,— сделал пес о нем вывод. Ко­гда Борменталь спрашивает своего наставника о том, как ему удалось заманить такого нервного пса, Преоб­раженский отвечает, что ласка — единственный спо­соб, который возможен в обращении с живым сущест­вом. Профессор в своих речах не раз выступает против террора, против насилия. Однако на деле он противо­речит себе. Шарику делается экспериментальная операция.

Новое очеловеченное существо явно ниже Шарика. Едва-преобразившись, «дворняга» обругал Преобра­женского «по матери», и это было только начало жиз­ни человека с собачьим сердцем. От бывшего Шарика стала постоянно слышаться вульгарная ругань, он быстро воспроизвел «все бранные слова, которые только существуют в русском лексиконе» и которые хранились в его подсознании. «Предок» Шарикова — Клим Петрович Чугункин. Он судился три раза, славен игрой на балалайке по трактирам и пристрастием к алкоголю. Образ весьма неприглядный. Все его не­достатки целиком унаследовал Шариков.

Филипп Филиппович вынужден признать свою ошибку, но признает он ее сразу в той только части, что касается омоложения. Как понял Преображен­ский, перемена гипофиза дает не омоложение, а пол­ное очеловечивание.

Однако вскоре выходки Шарикова начинают про­изводить на профессора тягостное впечатление. «Что­бы я более не слышал ни одного ругательного слова в квартире! Не плевать! Вот плевательница. С писсуа­ром обращаться аккуратно»,— разъяренно отчитыва­ет он новоявленного Полиграфа Полиграфовича. Бывшая дворняжка не только ругается, ведет себя бескультурно, подкарауливает Зину в темноте, но и начинает вступать в распри с самим профессором. В споре Шариков ведет себя уверенно и развязно. Он уп­рекает доктора в совершении операции, на которую он согласия не давал, высказывает претензии на пол­ную свободу и на право прописки в квартире Преобра­женского. «Ну, тип»,— проносится однажды в голове доктора. Несколько позже он мысленно восклицает: «Кошмар, кошмар!». Мысль о совершенной ошибке все настойчивее начинает стучаться в голову Преобра­женского. Полиграф Полиграфович не отказывает себе в спиртном, водит дружбу со Швондером, устраи­вается на весьма сомнительную работу, обманом по­лучает согласие на брак с собой.

Профессор всерьез начинает думать о совершении обратной операции и в итоге решается на нее. «Ста­рый осел Преображенский,— ругает он себя,— на­рвался на этой операции как третьекурсник». Про­фессор вдруг понимает, что «милейшего пса он пре­вратил «в мразь». В результате эксперимента доктор получил «исключительногопрохвоста», «хамаисвинью», человека с самым «паршивым» сердцем «из всех, которые только существуют в природе».

Профессор осознает, что нет смысла пытаться «ис­кусственно фабриковать Спиноз». Эксперименты над природой могут закончиться весьма драматично.

Рисуя историю преображения Шарика, Булгаков раскрывает проблему ответственности ученого за ре­зультаты его экспериментов, проблему права челове­ка на социальный эксперимент, на вмешательство в естественное, эволюционное развитие жизненного процесса. Писатель воплощает свою убежденность в предпочтительности естественного течения жизни пе­ред насильственным методом вторжения в нее. Булга­ков говорит о том, что сила самодовольного агрессив­ного невежества разрушительна.

Позволяя своему герою провести повторную опера­цию, писатель обращает внимание читателя на про­блему интеллигенции, утверждает право интеллиген­ции на борьбу за ее права.