История обращения в христианство императора Константина Великого.

При императоре Диоклетиане (284-305) Империя была разделена на две части между двумя Августами, у каждого из которых был свой помощник-кесарь, который должен был ему наследовать. Диоклетиани его кесарь Галерий правили Империей к востоку от Адриатики, а на Западе правили Максимиан и его кесарь Констанций (отец будущего императора Константина).

В 305 г. августы Диоклетиан и Максимиан ушли в отставку. На Востоке стал августом Галерий, на Западе – Констанций. После удаления Диоклетиана на покой, государственная система, которую он с большим тщанием создавал, рухнула. Начались гражданские распри, занявшие два десятилетия. Доходило до того, что в разных частях империи действовали семь разных императоров, которые по большей части не признавали друг друга. И вот в этот смутный момент на историческое поприще выходит Константин, которому предстояло совершить глубочайший переворот в церковной истории. После смерти его отца Констанция в Британии 25 июля 306 г. солдаты провозгласили императором Константина.В это же время в Риме вспыхнул бунт. Сын Максимиана Максентий провозгласил себя августом – правителем Италии и Африки.

В 312 г. Константин со сравнительно небольшой армией (что было весьма рискованно) быстрым броском перешел Альпы, вошел в Италию и атаковал Максентия в Риме. Константин весьма остро сознавал свою миссию. Сейчас должно было решиться все. Он дерзал идти против Вечного Города: не защищали ли его вместе с Максентием все древние силы прошлого? Все боги?

И тут, вместо того, чтобы оставаться под защитой городских стен, Максентий вышел из города и устремился в бой на противника, находившегося по другую сторону Тибра. Это была такая необъяснимая глупость с военной точки зрения, что Константин принял свою победу в битве у Мильвийского моста в 312 г. как очевидный знак благорасположения Божества.

В результате всех этих событий Константин вошел в Рим – в подавляющем большинстве языческий город, во главе, в основном, языческой армии – и был провозглашен императором империи, где христиане составляли лишь незначительное меньшинство.

Много лет спустя император сказал Евсевию Кесарийскому, что видел крест, перекрывающий полуденное солнце, на котором были написаны слова «Hoc vince» – «Сим победиши», после чего он повелел на полковых знаменах водрузить христианские символы, т. е. открыто заявил, что он становится со всеми своими воинами под защиту Бога христианского. Это было весьма смело, потому что, во-первых, в ходе гонений Диоклетиана происходила чистка армии, из которой старательно изгонялся христианский элемент. Во-вторых, по самым благоприятным подсчетам, число христиан не превышало 10% населения империи. Следовательно, никакой великий политик не стал бы из соображений выгоды связывать свою судьбу и карьеру с 1/10 частью населения, не принимающей участия в политической жизни. Таким образом, в действиях св. Константина мы должны исключить простой политический расчет. В данном случае на первом плане было другое – его искренняя убежденность. Очень многое говорит о том, что он уже в те ранние годы стал искренним христианином. Но с другой стороны, много есть свидетельств тому, что он не порывал с языческими традициями своего государства. Это нас не должно особенно удивлять, потому что эпоха св. Константина – это эпоха синкретизма, эпоха, когда очень многие стремятся к соединению различных религий.

Обращение Константина – поворотный момент в истории Церкви и Европы. Оно значило гораздо больше, чем просто завершение эпохи гонений. Император – суверенный самодержец – немедленно и неизбежно оказался вовлеченным в развитие Церкви, и, соответственно, Церковь оказалась все более и более втянутой в принятие важных политических решений.

В 313 г. был издан Миланский эдикт о веротерпимости ко всем религиям – христианам и язычникам. Это плод договора св. Константина с Ликинием – императором-язычником, который в то время правил восточной частью империи. Св. Константин сначала, победив Максенция в Италии, установил свою власть над западной частью империи, восточная же, наиболее густонаселенная, оставалась под властью другого императора-язычника Ликиния. Миланский эдикт вовсе не означал, что христианство стало государственной религией. Миланским эдиктом 313 г. Константин дозволил принимать христианство всем желающим, приказал вернуть Церкви конфискованное имущество, запретил привлекать христиан к участию в языческих жертвоприношениях. Со временем привилегиями, дарованными духовенству Кафолической Церкви (еретики и раскольники не получают), Константин освободил клириков от налогов и государственных повинностей. В правление императора Константина Великого христианство становится под защиту государственной власти, которая открывает большие возможности для деятельности членов Церкви.