Зло — не бытовая коррупция, а черная экономика и популизм

Попытки представить бытовую коррупцию как часть глобальной угрозы особенно смехотворны. В большинстве случаев общественная опасность такого рода правонарушений просто ничтожна, а вот бездумная борьба с бытовой коррупцией несет системные риски для всего государства.

Простой пример. В журнале «Русский репортер» был опубликован материал, рассказывающий о жизни рядового провинциального хирурга. Среди прочего он рассказывает о своих официальных доходах в больнице:

«Должность: врач-хирург. Ставка: 3876,8 руб./мес. Отработал: 20 дн./159 час. Далее таблица. — «Ночные дежурства» — в июне я почти не дежурил. Так, оклад: раз. «Надбавка за выслугу лет» — 735 рублей 44 копейки — два. «Доплата за вредные условия труда» — 553 рубля 63 копейки — три. Плюс премия ко Дню медика, экстренные часы… Вышло более-менее нормально: 11 тысяч с гаком. — Обводит итоговую цифру в кружок. — А в среднем в месяц я получаю 10 тысяч. Это потолок» [53].

Простой хирург из обычного райцентра в глубинке. Вы верите в то, что он может жить и содержать семью на 10 тысяч? Если бы не постоянные подношения в виде коньяков, шоколадок, конвертов с деньгами — стал бы этот хирург работать в больнице?

К чему приведет «победа над коррупцией» в его конкретном случае? Скорее всего, он просто уедет из города или сменит род занятий, пойдет торговать на рынок. И больница в райцентре останется без хирурга, а люди без квалифицированной помощи будут умирать от простого аппендицита или ездить на операции в крупные города.

Формально мелкая бытовая коррупция этого хирурга — нарушение закона, а ведь на самом деле такая коррупция не только полезна, но даже необходима.

Не коррупция, а компенсация

Бытовая коррупция — это часто не что иное, как компенсация определенных недостатков, имеющихся в экономике. И как всякая компенсация — она есть явление позитивное.

Хирург — это высококлассный специалист, наделенный огромной ответственностью за жизни людей, его подготовка занимает очень много времени и требует больших вложений. Никто не учится дольше, чем врачи-хирурги. В большинстве стран мира, даже беднейших, хирург получает высокую зарплату, исчисляющуюся несколькими тысячами долларов, он является обеспеченным человеком и не думает ни о каких взятках от пациентов.

В нашей стране в силу разных исторических причин сложилась такая ситуация, что как большинство работников бюджетной сферы, хирург получает нищенскую зарплату и вынужден компенсировать это с помощью коррупции, добирать, чтобы обеспечить себе полноценное существование. Он берет, ему дают, и хорошо, что это хоть так решается.

— Так значит, все-таки государство порочно и виновато в бедности! — радостно скажет наш оппонент из борцов с коррупцией. — Повысьте зарплату хирургу, и он не будет брать взяток!

Вроде бы никто не против, хирург — не чиновник, животное полезное, народ чиновникам бы не повысил оклады, а насчет хирургов бы не возражал. Даже популизм тут не препятствие. Почему не повышаем? Денег нет! Давайте вспомним, что государство — это не только политическая и силовая надстройка, бюджет, вообще-то, наполняем все мы, его граждане.

И тут, внимание! До сих пор около 40% нашей экономики находится в теневой сфере. Если бы все начали работать честно и по закону — проблема с низкими зарплатами, которые платят бюджетникам, если и не исчезла бы сама собой, то стала бы существенно меньше. Если бы те предприниматели, которые поддерживают протестные акции, платили бы налоги, а не скрывались от них в офшорах, то врачи получали бы достойную зарплату! Если бы менеджеры из столичных офисов, которые в социальных сетях разоблачают коррупцию, требовали бы у своих работодателей «белые зарплаты», то учителя бы у нас в стране получали бы достойную зарплату! Если бы рантье, которые сдают свои московские квартиры в центре и имеют достаточно времени, чтобы ходить на уличные акции оппозиции, оформляли бы эти сделки и отдавали причитающийся за это по закону процент в казну, это принесло бы в бюджет деньги и бюджетникам, и пенсионерам тоже. Если бы не было «черного нала», зарплаты работников бюджетной сферы могли бы увеличиться почти в два раза! Врачи и учителя в провинции будут получать не пятнадцать, а тридцать тысяч рублей, а их столичные коллеги не тридцать, а шестьдесят тысяч. И уже не будут вынуждены идти на нарушения закона и сделки со своей совестью. Будут больше держаться за свои рабочие места и дорожить своей профессиональной репутацией. Но согласны ли мы на такое? Поэтому, товарищ оппозиционный предприниматель, когда ты минимизируешь налоги в офшорах, платишь зарплаты в конвертах, ты помни, что тебе не стоит возмущаться, что в школе у тебя поборы, что учителя учат так плохо и безответственно, что ребенку надо нанимать репетитора, не возмущайся, что в больнице тебе самому придется покупать лекарства, что бесплатному врачу на тебя плевать, и приходится раскошеливаться на платного. Ничего не бывает просто так — если ты экономишь на чем-то одном, с тебя возьмут это в другом месте и в другое время.

Государство не может сразу существенно повысить зарплату всем бюджетникам: увеличишь врачам — обидятся учителя. Тем более, не может повысить только хирургам — тогда обидятся все остальные медработники. Но даже если бы можно было увеличить зарплаты всем бюджетникам за счет сокращения теневой сферы экономики, это вызвало бы негативную реакцию со стороны всех остальных людей, привыкших к существующей ситуации и нежелающих, чтобы это делалось «за их счет».

И тогда государство, вместо того, чтобы провести такую чреватую социальным протестом реформу, предпочитает сохранять существующую ситуацию, но для вида бороться с бытовой коррупцией.

Таким образом, получается, что бытовая коррупция — не причина, а следствие черной экономики и власти популизма, то есть опять-таки необразованности масс, которые часто действуют против своих же реальных интересов и имеют мнения, которые больше всего вредят самим же носителям этих мнений.