В 1930 году Дудакова для реализации его замыслов направили на работу в Газодинамическую лабораторию (ГДЛ) в Ленинграде, где занимались созданием и испытаниями ракет.

По указанию командующего Ленинградским военным округом Михаила Николаевича Тухачевского в ГДЛ передали учебный биплан У-1 и выделили для опытов лётчика-инструктора Сергея Ивановича Мухина и авиатехника Александра Александровича Грицкевича.

Поставить ракетный ускоритель в хвост фюзеляжа на самолёте У-1 было нельзя, так как фюзеляж этого самолёта не был рассчитан на большую осевую силу.

Самолёт У-1.

Поэтому была принята его установка на крыле самолёта.

Анализ процесса взлёта показал, что реактивная сила ракетного ускорителя должна проходить ниже центра тяжести самолёта.

В противном случае было возможно капотирование при разбеге.

Поэтому была принята установка двух ракетных ускорителей на нижнем крыле самолёта.

Действующая сила была значительной - до 1,5 веса самолёта.

Пришлось подкрепить крыло на действие горизонтальной силы.

Воспламенение заряда осуществлялось спиралью, накалявшейся под действием электротока.

Чтобы оба двигателя начинали работать синхронно, применили так называемую систему огневой связи.

Камеры сгорания соединили стальными трубками, по которым пламя из одного ускорителя попадало в другой.

Испытания У-1 с ускорителями проходили в 1931 году на Комендантском аэродроме.

Было сделано около 100 взлётов.

Подняться в воздух удавалось очень быстро, почти без разбега.

Самолёт пилотировал Сергей Иванович Мухин, на втором сидении находился Вячеслав Иванович Дудаков.

Это были первые в мире старты самолёта на колёсном шасси с использованием реактивных ускорителей.

После успешных испытаний У-1 было решено проверить эффективность пороховых ракет при взлёте бомбардировщиков ТБ-1 с двумя моторами М-17.

Самолёт для экспериментов выделил Ленинградский военный округ.

Так как весил бомбардировщик почти в 10 раз больше, чем У-1, то на самолёте установили шесть ускорителей: четыре под крылом и два на крыле.

Включение ускорителей осуществлялось с помощью кнопки на штурвале.

Воспламенение заряда происходило через гальванические трубки, входившие в сопло ракеты.

Как в экспериментах с У-1, ракеты соединялись 12-мм металлическими трубками дублирующей системой огневой связи, которая заставляла все ракеты работать одинаково.

Опыты с ТБ-1 начались в июне 1932 года.

Чтобы уменьшить воздействие реактивной струи на хвостовое оперение, в 1933 году расположение ускорителей изменили.

Теперь их установили в связках по три ракеты на верхней поверхности каждого крыла.

Они крепились на дюралевых фермах, проходящих сквозь крыло и соединённых с узлами шасси.

Угол установки сопел ускорителей подобрали так, чтобы струя газов проходила над горизонтальным стабилизатором и не задевала боковую обшивку фюзеляжа.

Испытания велись с 11 июля по 7 августа 1933 года при различном взлётном весе ТБ-1.