Оценка результативности формирования электронного правительства в Российской Федерации

В подходах к планированию проектов формирования электронного правительства и оценке их результатов в России и за рубежом имеются существенные отличия. Они связаны с очевидными причинами. Прежде всего, с различиями в системе государственного управления и уровнем развития демократии в России и в развитых зарубежных странах. В качестве наиболее наглядного проявления этого отличия можно назвать отношение к потребителю и оценке результатов своей деятельности российских государственных органов, которые в гораздо большей степени ориентируются в своей деятельности не на граждан (от которых они не зависят), а на вышестоящие уровни управления, от которых зависит бюджетное обеспечение и оценка успешности их деятельности. В таких условиях формирование целей и индикаторов, качественно отражающих интересы конечных потребителей, оказывается не просто нейтральным, но даже невыгодным для органов власти фактором.

Для пояснения мысли рассмотрим некоторые целевые индикаторы и показатели Федеральной целевой программы «Электронная Россия (2002–2010 годы)»:

- количество разработанных в рамках Программы проектов внедрения информационных и коммуникационных технологий в деятельность органов государственной власти в соответствии с общими стандартами;

- количество органов государственной власти, имеющих абонентские пункты доступа к информационной системе межведомственного электронного документооборота;

- количество государственных информационных ресурсов, доступ к которым обеспечен на межведомственном уровне;

- количество реализованных в рамках Программы программно-технических решений, обеспечивающих автоматизированный обмен между отдельными государственными информационными системами;

- количество созданных программно-технических комплексов информационной системы ведения реестра государственных услуг;

- количество органов государственной власти, оснащенных автоматизированными рабочими местами, обеспечивающими доступ к реестру государственных услуг;

- количество разработанных и введенных в эксплуатацию в рамках Программы программно-технических решений, обеспечивающих предоставление государственных услуг населению и организациям с использованием электронных средств коммуникаций;

- количество подключенных к информационной системе органов государственной власти, обеспечивающих ее информационное наполнение;

- количество органов государственной власти, оснащенных автоматизированными рабочими местами, обеспечивающими доступ к данным, содержащимся в информационной системе;

- количество ситуационных центров, установленных в высших органах государственной власти;

- доля рабочих мест, обеспечивающих доступ к системе электронного документооборота в Администрации Президента Российской Федерации, Аппарате Правительства Российской Федерации;

- количество разработанных в рамках Программы типовых программных решений, обеспечивающих выполнение функций органов государственной власти и органов местного самоуправления;

- количество внедренных типовых программных решений на условиях софинансирования в субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях;

- количество органов государственной власти, оснащенных автоматизированными рабочими местами доступа к системе тестирования.

Как видно из списка критериев, все они оценивают экстенсивные показатели оснащенности государственных организаций техническими и программными средствами безотносительно того, как эти средства повлияют на граждан и организации, а также итоговую эффективность деятельности органов власти. Более того, эти показатели никоим образом не оценивают достижение поставленных в Федеральной целевой программе «Электронная Россия (2002–2010 годы)» целей:

- повышение качества и эффективности государственного управления;

- расширение возможности доступа граждан к информации для реализации своих конституционных прав, в том числе к сведениям о деятельности органов государственной власти;

- устранение дублирования сбора органами государственной власти данных, снижение издержек для населения и организаций, связанных с их предоставлением;

- повышение оперативности предоставления государственных услуг, требующих межведомственного взаимодействия, снижение числа обращений граждан и организаций в органы государственной власти и сокращение времени вынужденного ожидания, внедрение единых стандартов обслуживания населения, создание условий для предоставления государственных услуг на принципе «одного окна»;

- придание официального статуса электронным формам взаимодействия, обеспечение подлинности и достоверности информации в процессах электронного взаимодействия органов государственной власти между собой, а также с населением и организациями…

Поразительное несоответствие поставленных целей (в целом корректных и направленных на удовлетворение потребностей граждан) оцениваемым целевым показателям является основным отличием российской практики оценки проектов электронного правительства от зарубежной. Указанный подход, к сожалению, сохранился, хотя и в меньшей степени, в государственной программе «Информационное общество (2011–2020 годы)» (см. ниже).

Аналогичная картина наблюдается и в целевых (ведомственных, региональных) программах информатизации: наряду с как правило корректно сформулированными высокоуровневыми политическими целями (типа «повышение качества государственного управления») в них фигурируют целевые индикаторы, не измеряющие ни достижение таких целей, ни даже эффективность выполнения отдельных проектов.