Опыт Пятый. Старый пароль действует

Только в 1985 году мы снова встретились втроем – Гаина, Кирницкий и я. Так судьба распределила. В «Круизе уже полсостава нового было, там играли Гриша, Коля Чунусов, Олег Кузьмичев, а ни Кирницкого, ни Сарычева, ни меня уже не было.

Всеволод Королюк настоящий мультиинструменталист. Он играет на барабанах, на перкуссии, саксофоне, флейте, иногда берет в руки бакс-гитару. Фото Алексея Барского

Мы с Кирницким ушли из «Круиза» в 1983 году, он — к Косте Никольскому, а я – к Мишке Файнзильбергу в «Круг». Но так как Файнзильберг сам был барабанщиком, то мы поиграли-поиграли вместе, а потом расстались. Как двум барабанщикам ужиться в одной группе? «Сева, распределим!» — сказал он. Но не распределили. Я особо не рвался играть на барабанах, но когда я играл, ему самому очень хотелось играть. А когда он играл на барабанах, я играл на перкашн. Меня это устраивало, но не получилось там. И я ушел.

И я уехал в Молдавию. Там собрались братья Козаку, как аккомпанирующий состав Надежды Семеновны Чепрага. Ну, сделали мы с ней программу. И вот уже пошли мерить костюмы… Но Чепрага попала в аварию и пролежала в коме месяца два. Все это время группа бухала и ждала, бухала и ждала. Причем все сидели без копейки денег. Иногда, правда, подворачивалась какая-нибудь свадьба.

А я жил в то время у брата Валерки. Однажды он говорит: «У «Круиза» в Белгороде концерт. Поехали! Это недалеко». Приехали в Белгород. Там – Дворец спорта! Звездные ребята! Но встретили тепло. Капустина уже не было, а вместо него опять пришел Сарычев. Но я вижу, что ребята друг с другом не разговаривают. И вот сидим мы после концерта: я, Сарычев, Ольга Чайко, Валера Гаина – беседуем. И вдруг Ольга вскакивает, хватает стакан и кидает его в Сарычева! Мне показалось, что это возникло буквально на ровном месте. То есть какая-то шизофрения! Но попала она хорошо! Метко попала. Потом вцепилась ему в волосы, разбила ему очки! Очень было неприятно. Я встрял между ними. Мне кое-как удалось мертвую хватку Ольгину расслабить. «Отпусти его!» — говорю. Она смотрит на меня: «А я не могу! — отвечает.- Тело уже не слушается». Но в конце концов мне удалось их расцепить.

Потом чего-то там уборщицы не то сказали, какой-то мужичок вступился, но Монин наехал, наехал Коля, наехал Гриша… И я понял, что психологическая атмосфера в группе резко отрицательная.
Я поговорил с Валерой. «Я устал!» — сказал он мне.

Вот тогда я и сказал: «Может, соберемся снова втроем? И все снова станет нормально!»
«Может, и соберемся!» — ответил Валера.

Вернулся я обратно в Молдавию и спустя некоторое время позвонил Валере, чтобы спросить, как дела, а он мне говорит: «Сева, я остался один… Ребята решили создать свою группу…»
Вот отсюда и начинается история «КиКоГавва».

Я приехал в Москву, и там мы вместе дожидались Кирницкого.

И здесь очень интересно распределились силы.

База у нас была в клубе «Трехгорной мануфактуры», а у «ЭВМ» — в клубе им. Павлика Морозова, то есть буквально через дорогу. Мы в «Трехгорке» сидели в подвале, а они – в ДК Павлика Морозова на втором этаже. Мы себе сделали студию, и «ЭВМ» тогда тоже себе сделали студию. Мы писали альбом, и они писали альбом. И каждый внимательно наблюдал друг за другом. Только они находились под патронажем Ованеса Мелик-Пашаева, а «КиКоГаВВа» патронировалась Димой Аничкиным, и Диме удалось договориться с «ЭВМ» о совместной поездке. Мы поехали по Донецкой области. И я могу себе представить, что люди, которые сидели в зале, вообще не понимали, что происходит. Музыка идет, но люди на сцене постоянно меняются: то «Круиз», то «ЭВМ», то втроем эти, то втроем те. Не поймешь! Потом все мешается, и они вдруг выходят впятером. Но музыка вроде бы все время идет. И музыка красивая.

Это были очень хорошие гастроли. И взаимоотношения были братскими. Никто ничего не делил. Мы уже все сами поделили: вы – «ЭВМ», а мы – «Круиз». Хотя я не хотел, чтобы это «Круизом» называлось. Мы – «КиКоГаВВа». Да, если спросят, работали ли мы в «Круизе»? Да, работали. Но: «Вы – «Круиз»? Нет, мы «КиКоГаВВа». Ведь это была совершенно другая волна, это был эксперимент, и я думаю, что надо было дальше работать над этим экспериментом, а не держаться все время за «Круиз». Но «Круиз» — это люди, деньги. Это – брэнд! Но ту траншею мы уже прокопали, и надо было дальше пойти, а там куда-то вырулить, потому что идеи были, и очень интересные идеи…