Опровержение заблудших взглядов джабритов

Неверное употребление слова джабр в отношении людских поступков

Прежде всего, эти люди используют термин, который отсутствует в Коране и сунне, тогда как рабы обязаны употреблять термины, встречающиеся в священных текстах. Аль-Лалакаи привел рассказ о том, что Бакийя спросил аль-Ауза‘и и аз-Зубейди о принуждении. Аз-Зубейди сказал: «Аллах слишком велик, и могущество Его слишком велико, чтобы принуждать кого-либо насильно. Он решает и предопределяет, творит и создает раба таким, каким пожелает». Аль-Ауза‘и же сказал: «О принуждении ничего не говорится в Коране и сунне, и я боюсь говорить так. Есть судьба, предопределение, сотворение и создание. Вот это упоминается в Коране и хадисах Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует,»[131].

Похожие высказывания принадлежат целому ряду ранних ученых, в том числе Суфьяну ас-Саури, Абу Исхаку аль-Фазари и др.[132]

Ученые не считали правильными высказывания о том, что человек совершает свои поступки под принуждением, потому что слово الجبر «джабр» имеет широкий смысл. Под ним может подразумеваться и принуждение вопреки желанию самого человека. Оно используется, например, если отец принуждает свою дочь к замужеству или если судья принуждает человека продать свое имущество для выплаты долга. Здесь глагол أجبر «аджбара» употребляется в значении «заставлять». Поэтому выражение «Аллах принуждает рабов» означает, что Он заставляет их совершать те или иные поступки, а не наделяет их способностью желать что-либо и выбирать что-либо по доброй воле.

Говорить такое о Всеблагом и Всевышнем Аллахе — очевидная ошибка, «потому что Аллах слишком возвышен и велик, чтобы принуждать кого-либо. К принуждению прибегает тот, кто не способен наделить кого-либо способностью желать и выбирать свои поступки по доброй воле. Пречистый Аллах способен на такое! Он сделал человека желающим совершать те или иные поступки, любящим их и довольным ими. Как можно после этого говорить, что Он принуждает или заставляет человека подобно тому, как одни творения принуждают других?!»[133]

Если же под словом джабр подразумевается то, что Аллах создал людей желающими то, что угодно Ему, и выбирающими собственную судьбу без принуждения, то такое суждение справедливо. Как сказал один из наших предшественников, прекрасное имя Аль-Джаббар означает «Тот, Кто побуждает рабов к тому, что пожелает»[134].

Поскольку слово الجبر «джабр» имеет широкий смысл и употребляется в обоих значениях, наши предшественники запрещали использовать его для указания на предопределенность человеческих поступков без соответствующей оговорки.

Как сообщил шейх-уль-ислам Ибн Теймийя, Абу Бакр аль-Халлал в книге «Сунна» рассказал о том, что аль-Марзави сказал имаму Ахмаду:

— Абу ‘Абдуллах, один человек говорит, что Аллах принуждает рабов.

— Мы не говорим так, — имам выразил недовольство по этому поводу. — Аллах вводит в заблуждение, кого пожелает, и ведет прямым путем, кого пожелает.

Сообщается со слов аль-Марвази, что один мужчина сказал:

— Поистине, Аллах не принуждает рабов к совершению грехов.

Другой человек возразил ему:

— Нет, Аллах принуждает рабов, — он хотел подчеркнуть истинность предопределения.

Когда они рассказали об этом Ахмаду бин Ханбалу, он упрекнул их обоих за сказанное, и они покаялись. Потом он велел им говорить: «Аллах вводит в заблуждение, кого пожелает, и ведет прямым путем, кого пожелает».

Сообщается, что Абу Исхак аль-Фарази рассказывал: «Однажды ко мне пришел аль-Ауза‘и и сказал:

— Ко мне пришли двое мужчин и спросили меня о предопределении, и я решил привести их к тебе, чтобы ты выслушал их и ответил им.

— Да помилует тебя Аллах! Ты имеешь больше прав на то, чтобы ответить им, — ответил я.

Потом аль-Ауза‘и привел их ко мне.

— Говорите, — велел он.

— К нам приехали люди, отрицающие судьбу, — сказали двое мужчин. — Они начали спорить с нами о предопределении, и мы вступили в спор. Дело дошло до того, что мы сказали: «Аллах принуждает нас к тому, что Он запретил нам, и не позволяет нам совершать то, что Он приказал нам, и кормит нас тем, что Он запретил нам».

— Послушайте, — сказал я, — к вам пришли люди, которые привнесли в религию новшество и ересь. И я могу сказать, что, опровергая их ересь, вы тоже совершили нечто похожее.

— Ты сказал правильно и хорошо, Абу Исхак, — заключил аль-Ауза‘и»[135].