Кирххорст, 2 сентября 1945 г.

Пополудни с учителем «по грибы», не столько собирать, сколько пополнять свои знания. Одновременно мы вели приятную беседу о растениях, встречающихся на торфяниках, и их местоположении например, о кальмии, багульнике, андромеде, росянке, благовонной восковнице, которой тут целые заросли.

У дамбы я заметил уползающую в заросли тростника змею; когда ее стали преследовать, она свернулась в кольцо у подножия березы и зашипела, когда я ткнул в ее сторону палочкой. Это была бархатно-коричневая гадюка, которая так чарующе двигалась, что духовное впечатление от ее скольжения совершенно затмило физическое. Зрелище такого живого ожерелья сильно поражает сознание.

Учитель хотел казнить это животное; я выпросил ему помилование. В таких переговорах приходится действовать через экономические соображения, как например тут: она, дескать, отлично ловит мышей.

Кирххорст, 3 сентября 1945 г.

В лесах и карьерах между Ольдгорстом, Веттмаром и Энгезеном царило великолепное, пронизанное солнечным зноем безлюдье. Лес — это великий символ смерти. Во время таких походов всегда пробуждаются древние воспоминания, мотивы из круга кельтских образов: ожидание, любопытство, благоговение, грусть, возможно, ностальгия. Это уже не ветер веет в кронах деревьев. Все птичьи голоса становятся вещими, им нечто ведомо, они пророчат.

Мне пришел на ум Счастливчик Ганс, в котором, по моим представлениям, воплощен тип человека, который не приумножил свою мину серебра.(Евангелие от Луки 19, 12–27.) На самом деле полученный дар надлежит с течением лет обменивать, облагораживать, делать весомее, пока он не превратиться в чистое золото. Его-то и нужно держать при себе для последнего обмена — как входную пошлину в те врата, за которыми находится источник всех ценностей.

Воротившись домой, я нашел у себя на письменном столе длинный опросный лист от биржи труда. «Подача ложных сведений преследуется судами военной администрации». Теперь у них есть новый хозяин. Я так и знал, что все это будет сохранено, уж больно удобный инструмент. Правительства сменяют друг друга, как членики ленточного червя; но их голова, их умопостигаемый характер остается прежним. Каждое новое пристраивает ряд новых камер к существующей тюрьме. Искусство государственного управления все более сводится к умению при всем при том создавать иллюзию свободы, а следовательно, главным средством наряду с полицией становится пропаганда. Предшественник неизменно оказывается дьяволом; будущее же будет блистательно.

Кирххорст, 5 сентября 1945 г.

Деяния Апостолов 23, 5. Представ перед судом синедриона в качестве обвиняемого, Павел ловко вызвал раздор между фарисеями и саддукеями. Это действия человека, который умеет воспользоваться правым и левым подходом — человек, знающий политические реальности. Для сравнения — слова учителя по поводу динария кесаря: он снимает сомнения своим решением. Так ведет себя тот, кто приходит свыше и проходит сквозь реальные факты. Однако основоположник не может обойтись без священников, дух без рук.

Сон Петра о животных значителен тем, что он идет против естества. Он совершенно противоречит тому простому и понятному характеру этого апостола, каким он описывается в Евангелии. Только внешние детали соответствуют ему, поскольку отражают образный мир рыбака. Мне сразу вспоминаются платки, на которых перед харчевнями приморских городов можно видеть разложенные устрицы и других морских животных.

Этот сон имеет огромное значение не только для истории религии, но и для каждого отдельного человека. Когда мы хотим приблизиться к неприятному для нас человеку, этому должно предшествовать внутреннее усилие. Мы должны преодолеть отвращение, переварить то, что нам противно. Если уж Петр, смолоду приученный к строжайшему соблюдению закона кошер-ности, преодолевает себя до такой степени, чтобы есть скорпионов, то здесь мы видим чудо. Это не прогресс, не развитие, не акт просвещения, а пример мутации, прыжок, преодолевающий колоссальные пропасти и бездны. Сегодняшний европеец находится в том же положении: и если тогда это была пропасть закона, то теперь это ужасное отчуждение, вызванное ненавистью и стародавним историческим разделением.