Подводные удары североморцев

Итак, немецко‑фашистские и финские войска прочно остановлены среди болот и скал Севера. Дорог там нет. Снабжать войска и, следовательно, поддерживать их боеспособность фашисты могут только морем. От порта Тромсе начали ходить вражеские транспорты в порты Варангер‑фиорда, в Киркенес, Петсамо, Варде. Пет‑само теперь называется Печенга; после войны район Печенги, старинной русской территории, отошел от Финляндии к СССР. На восток по трехсоткилометровому пути немцы везут оружие, боеприпасы, горючее, продовольствие. В обратный путь – на запад – транспорты идут с рудой и целлюлозой. Прервать перевозки врага, осложнить их и в то же время защитить свои коммуникации – такая задача с первых дней войны встала перед Северным флотом. Подводные лодки на Севере – наша главная ударная сила. Пока флот не пополнился кораблями, действиями подлодок руководит сам командующий флотом контр‑адмирал Арсений Григорьевич Головко.

«Самым молодым флотом командует самый молодой командующий. Ему всего тридцать шесть лет. Сегодня (лето 1943 года) Арсению Григорьевичу присвоено звание адмирала. Мы от души радуемся этому, – писал подводник Г. И. Щедрин. – Наш командующий пользуется огромным уважением среди моряков. Нас удивляет его работоспособность. Он находит время, чтобы проводить в поход и встретить из похода почти каждый корабль. Успевает бывать на аэродромах, батареях. Адмирал знает сильные и слабые стороны каждого из нас, командиров кораблей. С уважением относится к каждому собеседнику, даже если не согласен с ним. Он любит острое слово, шутку. Память на фамилии и лица у адмирала феноменальная. Во время первого посещения нашей лодки командиры отсеков, представляясь командующему, называли свои фамилии. Сейчас, когда мы возвратились из похода, адмирал, обходя выстроившихся на палубе моряков, здоровается с каждым за руку и безошибочно называет по фамилии всех, кто ему в свое время представлялся. Слово адмирала, его мнение для нас непререкаемы не только потому, что он командующий. Нам кажется, именно таким должен быть командир для своих подчиненных, как для нас Головко».

     Медаль «За оборону Советского Заполярья». Учреждена в декабре 1944 г. Ею награждено свыше 300 тысяч человек.         

У Арсения Григорьевича были прекрасные помощники. Один из них, командир дивизиона крейсерских лодок капитан второго ранга Магомет Имадутинович Гаджиев, говорил о себе: «Я одного только боюсь, уходя в море, – возвращения домой без победы. Остальное не страшно». Так имели право сказать о себе многие офицеры‑подводники. И это не было рисовкой: торпедные атаки, артиллерийские дуэли Гаджиева и его товарищей были дерзкими и победными. Смерть Гаджиев принял в тяжелом бою с немецкими кораблями; честь командира была так чиста, что его имя навечно внесено в списки Северного флота.

Мы с тобой, читатель, говорили, в каких обстоятельствах сражались моряки на Балтике и на Черном море. Чем‑то на Севере было легче – к примеру, мы не теряли там военно‑морских баз, но чем‑то было и сложнее – незаходящее солнце в полярный день, мрак полярной ночи, частые жестокие штормы… Не пытаясь сравнивать доблесть флотов, мы не можем не отметить, что на Северном флоте много произошло такого, что было впервые на войне.

Североморский летчик Сафонов первым из участников Великой Отечественной войны был дважды удостоен звания Героя Советского Союза.

Первым Героем среди советских подводников в дни войны стал капитан второго ранга И. А. Колышкин, командир дивизиона подводных лодок Северного флота.

Североморская лодка С‑102 первой на нашем флоте одним торпедным залпом уничтожила два транспорта противника. На Севере же одним залпом подводная лодка К‑21 уничтожила минный заградитель и сторожевой корабль, Л‑20 – транспорт и сторожевой корабль, С‑55 – транспорт и пароход, Л‑15 – два тральщика. С‑104 впервые потопила одним залпом три цели: транспорт, противолодочный корабль и тральщик.

Подводная лодка возвращается из похода.

     Подводная лодка типа «М». За подвиги в боях лодка «М‑172» удостоилась гвардейского звания и ордена Красного Знамени.         

Первыми гвардейскими кораблями стали североморские лодки Д‑3, К‑22, М‑171, М‑174. Лодка Д‑3 «Красногвардеец» стала и первым Краснознаменным гвардейским кораблем.

И еще – первыми победу над врагом стали отмечать орудийным выстрелом североморцы. Традиция эта распространилась по всем флотам, а возникла она вот как. 12 сентября 1941 года лодка К‑2 обнаружила у норвежских берегов транспорт. Обстоятельства сложились так, что бить торпедой было нельзя. Командир капитан третьего ранга Василий Прокофьевич Уткин приказал всплыть и обстрелять транспорт из двух 100‑миллиметровых пушек. Комендоры лодки всадили в транспорт 27 снарядов. Лодке пришлось тут же уйти под воду – появился самолет и начал сбрасывать бомбы. Под водой экипаж слышал, как взорвались котлы вражеского судна. К‑2 вернулась в Полярный через неделю. У входа в Екатерининскую гавань она выстрелила из орудия. Рассказывают, что Арсений Григорьевич Головко, встречавший лодку, пригрозил офицерам снять замки с орудий и запаять кортики в ножнах, чтобы не пользовались оружием дома. Но это была шутка. Командующему выдумка понравилась – вся база, весь город сразу узнавали, как закончился поход корабля. И часто над гаванью звучал не один выстрел, а два, три и больше.

     Гвардейское знамя вручается авиационному истребительному полку. У знамени командир полка Б. Ф. Сафонов, первый дважды Герой Советского Союза в годы Великой Отечественной войны.         

     За подвиги на морях 12 подводных лодок стали гвардейскими, 23 награждены орденом Красного Знамени. Боевой листок Б. Пророкова и Л. Сойфертиса.