Стратификация и поведение членов различных

Преступных групп

Специфическим признаком криминальной среды выступает стратификация, т.е. деление людей на условные иерархические группы в зависимости от их авторитета относительно реальной власти в криминальной среде. Стратификацию криминального сообщества можно сравнить с разделением общества на социальные группы. Наиболее отчетливо стратификация криминальной среды представлена в пенитенциарных учреждениях, но она сохраняется и после освобождения из мест лишения свободы.

1. Лидеры криминальной среды и их последователи (злостные нарушители режима, наиболее агрессивные личности).

2. Середняки («мужики») — считаются с криминальной идеологией, поддерживают лидеров материально, но активно субкультуру не отстаивают, в основном соблюдают установленный режим, работают на производстве, стремятся к условно-досрочному освобождению.

3. Актив — представители данной группы нарушают одну из главных криминальных заповедей — не сотрудничать с администрацией. Поэтому в социальной среде осужденных они не пользуются авторитетом, испытывают на себе постоянное давление злостных нарушителей режима. Но их активно поддерживает и защищает администрация учреждения, поэтому с ними вынуждены считаться.

4. Отверженные — осужденные с наиболее низким социальным статусом. Их образ жизни не только вступает в противоречие с криминальной идеологией, но не одобряется и администрацией учреждения.

психологический криминальный преступный стратификация

Рис. 1 Стратификация осужденных в пенитенциарных учреждениях

Преступный мир - не однородная социальная масса, а дифференцированная по уровню авторитета, устойчивости и организованности криминальная среда.

На вершине преступной иерархии находятся “воры в законе”. Это высшее криминальное звание присваивается на “воровской сходке” лицам, как правило, ранее судимым, глубоко усвоившим уголовно-воровские обычаи и традиции.

· Зачисление в касту “воров в законе” осуществляется, если кандидат обладает определенными личностными качествами (жесткий характер, криминальный опыт, знание норм воровской воровских сходок;

· судейство при разрешении конфликтов и др.

Воровской общаг (совет), как коллегиальный орган, осуществляет управление профессиональной криминальной средой (это не значит, что контролируется каждое преступление) на основе функционально-территориального принципа, т.е. имеется ответственный как за отдельное направление криминальной деятельности, так и за определенную территорию криминального влияния. За каждой из которых закреплено специальное лицо (из числа “авторитетов”), назначенное ворами в законе. Эти лица обеспечивают в зонах сбор “криминальных налогов” с объектов, находящихся под криминальной крышей (это, как правило, объекты теневой экономики).

Элита преступного мира находится зачастую вне уголовно правового пространства, ибо “воры в законе” сами преступлений практически не совершают. Существующее ныне уголовное и уголовно-процессуальное законодательство в борьбе с ними явно неэффективно. Поэтому не случайно, что в большинстве случаев, если и приходится привлечь “вора в законе” к уголовной ответственности, то только за хранение оружия либо наркотиков.

На одного из “воров в законе” возложена обязанность организации воровской кассы, доходная часть которой формируется из следующих поступлений: части преступных доходов организованных преступных групп, отдельных преступников, занимающихся индивидуальной преступной деятельностью (сбытчики наркотиков, барыги, карманные воры, мошенники и т.д.), криминальных “налогов”, выплачиваемых коммерческими структурами за обеспечение “криминальной крыши”, разовых выплат части теневых доходов предпринимателями, не обеспеченными “криминальной крышей”, доходов от собственной предпринимательской деятельности, (осуществляемой либо путем долевого финансового участия в каких-либо проектах, либо путем создания своих фирм с привлечением профессионалов-бизнесменов), вознаграждения за оказание содействия различным категориям дельцов теневой экономики в отмывании “грязных денег” и др.

Немало средств из воровских капиталов в последнее время вкладывается в недвижимость не только в нашей стране, но и за ее пределами.

“Воры в законе” оказывают прямое влияние на преступную массу, находящуюся в местах лишения свободы. Для обеспечения криминального влияния на спецконтингент, содержащийся в следственном изоляторе и исправительно колонии, “ворами в законе” из числа “авторитетов” назначаются “смотрящие”. В колонии функционирует “общаковый совет” (коллегиальный орган) и ведется “общаковая касса”, которая имеет строго контролируемые доходную и расходную части.

Кроме преступной элиты - “воров в законе”, обладающих всей полнотой криминальной власти, в исправительно колониях и тюрьмах существуют и другие категории преступников.

“Авторитеты” - лица, приближенные к “ворам в законе”, их опора и резерв. В различных регионах России “авторитеты” именуются по-разному: “фраера”, “козырные фраера”, “шерстяные”, “путевые” и т.д. Они признают и строго подчиняются нормам воровской морали, но в отличие от “воров в законе” не могут распоряжаться средствами “общаковой кассы”, созывать воровские сходки и участвовать в них с правом решающего голоса. “Шестерки” - лица из числа уголовных элементов (как правило, профессиональных преступников), выполняющие по указаниям “воров в законе” и “авторитетов” различные поручения: обеспечение связи между представителями криминальной элиты; их охрана и т.д.

“Мужики” - наиболее значительная часть осужденных, стремящихся “спокойно” отбыть срок наказания. Они занимают обособленное положение по отношению к “ворам в законе”, “авторитетам” и “шестеркам”.

“Бандиты” (их называют по-разному) - это, как правило, дерзкие преступники, совершившие тяжкие преступления, не признающие воровской морали и криминальной субординации. Они готовы вступить с криминальной элитой в смертельную борьбу.

“Обиженные” - эта еще одна категория осужденных, которая формируется в процессе внутренних противоречий спецконтингента. “Обиженными” становятся и лица, не уплатившие своевременно игровой и иной долг, и лица, заподозренные в измене, и лица, давшие свидетельские показания против “авторитетов”, и лица, осужденные за определенные виды уголовных преступлений (например, за мужеложство, или развратные действия в отношении малолетних и т.д.), и лица, склонные к мужеложству в пассивной форме, и др.

Как правило, “бандиты” не включены в криминальную среду, действуют малыми группами, отличаются смелостью, хладнокровием и опытом ведения боевых действий. Они презрительно относятся к воровской элите и не желают подчиняться нормам воровской морали. И если оперативные службы хорошо осведомлены о деятельности криминальных авторитетов, то о “бандитах” информации недостаточно. Нередко они внешне ведут “порядочный” образ жизни, трудоустроены, не вызывают в семьях ни малейшего подозрения.

Не секрет, что многие богатые бизнесмены России находятся в тесной связи с криминальными “аристократами”, которые за крупную плату обеспечивают толстосумов “крышей”. Подобные бизнесмены рассчитывают на влияние “воров в законе” и “авторитетов” на криминальную среду. Но “бандиты”, не признающие никаких криминальных авторитетов, способны на самые невероятные действия против любых криминально-предпринимательских союзов.