Запись в журнале: 458-е марсианские сутки

Долина Мавреса! Наконец-то я здесь!

В общем-то, не ахти какое достижение: я провёл в пути лишь десять дней. Но это отличная психологическая веха.

До сих пор ровер и неказистая система жизнеобеспечения отлично справляются. Как минимум, не хуже, чем можно ожидать от оборудования, проработавшего раз в десять дольше расчётного срока.

Сегодня второй День воздуха, первый был пять суток назад. Когда я планировал поездку, мне казалось, Дни воздуха будут чертовски скучными. А сейчас я их жду не дождусь: это мои выходные!

В обычный день я встаю, складываю спальню, собираю стопки солнечных панелей, четыре часа провожу за рулём, раскладываю солнечные панели, проверяю всё оборудование — в особенности, раму и шины ровера. Затем, если нахожу достаточно камней, набираю морзянкой сообщение для NASA, после чего развёртываю спальню.

В День воздуха я, проснувшись, первым делом включаю генератор кислорода. Панели солнечных батарей ещё со вчерашнего дня выложены под открытым небом — так что всё уже готово. После этого отдыхаю в спальне или ровере. Весь день я предоставлен самому себе. Места в спальне достаточно, чтобы я не чувствовал себя как в курятнике, а в компьютере полно сериалов для пересмотра.

Формально я оказался в долине Мавреса ещё вчера, но понять это было можно, только взглянув на карту. Въезд в долину настолько широк, что стены каньона в обоих направлениях скрываются за горизонтом.

Ну, а сейчас я определённо в каньоне. Дно его отличное и плоское — в точности, как я надеялся. Просто потрясающе: не река создала эту долину, мало-помалу подтачивая грунт. Нет — она родилась в мега-наводнении за один-единственный день. Потрясное зрелище было, это уж точно!

Странная мысль: я больше не на Ацидалийской равнине. Там я провёл 457 дней, почти полтора года — и назад мне вернуться не суждено. Интересно, буду ли я потом вспоминать об этом периоде с ностальгией?

Если случится так, что это самое «потом» наступит, буду только счастлив малой толике ностальгии. А сейчас я хочу просто убраться отсюда подальше.

* * *

— Вновь в эфире программа «Марк Уотни репорт» телеканала Си-Эн-Эн, — произнесла на камеру Кэти. — Сегодня у нас в гостях частый гость, доктор Венкат Капур. Доктор Капур, полагаю, многие хотят знать ответ на вопрос: обречён ли Марк Уотни?

— Надеемся, что нет, — ответил Венкат. — Но ему предстоят серьёзные сложности.

— По последним спутниковым данным, пыльная буря на Аравийском плоскогорье и не думает стихать. В скором времени она перекроет 80 % солнечного света, правильно?

— Да, это так.

— А единственный источник энергии у Уотни — солнечные панели, верно?

— Да, это так.

— Может ли его переделанный ровер работать на двадцати процентах мощности?

— Нет, мы не сумели придумать способ, каким образом это осуществить. Одни лишь системы жизнеобеспечения требуют энергии больше, чем 20 %.

— И через какое время он попадёт в бурю?

— Сейчас он только-только вошёл в долину Мавреса. При текущей скорости Марк окажется на границе пыльной бури на 471-е марсианские сутки. То есть, через 12 дней.

— Разумеется, он поймёт, что что-то не в порядке, — заметила Кэти. — В условиях плохой видимости ему не потребуется много времени, чтобы понять — у солнечных батарей возникла проблема. Не сможет ли он повернуть?

— К сожалению, сейчас всё работает против Уотни, — ответил Венкат. — Край пыльной бури не есть некая волшебная граница. Это просто область, в которой пыль становится немного плотнее. По мере того, как он будет продвигаться по направлению к центру бури, пыль будет становиться всё более плотной. Такое сложно заметить: каждый день будет чуть темнее, чем вчера. Слишком плавные изменения, чтобы их почувствовать.

Венкат вздохнул и продолжил:

— Он проедет сотни километров, задаваясь вопросом, почему падает эффективность солнечных батарей. Лишь потом он отметит ухудшение видимости. А буря направляется к западу, в то время как он движется к востоку. Уотни зайдёт слишком далеко, чтобы выбраться обратно.

— Значит, мы становимся свидетелями ужасной трагедии? — спросила Кэти.

— Надежда остаётся всегда, — ответил Венкат. — Может быть, Марк сообразит, что к чему, гораздо раньше, чем мы предполагаем — и сумеет вовремя обогнуть бурю. Может, она сама по себе неожиданно утихнет. Или, например, Уотни может придумать способ сэкономить энергию на системах жизнеобеспечения — такой, о котором не подумали мы. На данный момент Марк Уотни наш лучший эксперт по выживанию на Марсе. Если кто-то и справился бы, так это он.

— Ещё двенадцать дней, — повторила Кэти, поворачиваясь к камере. — За Марком наблюдает вся Земля, но она бессильна ему помочь.