Влияние различных поэтических напрвлений на творчество поэта.

Как бы ни отрицал это позднее Исаковский, все-таки сильное влияние на него в то время оказала пролеткультовская поэзия. Да и как не влиять, если Пролеткульт в 1917-1920 годах был основной и самой массовой литературной организации, сливающей пролетарских и бедных крестьянских писателей для строительства новой, пролетарской литературы и культуры. Исаковский имел прямое отношение к смоленскому губернскому Пролеткульту, общался с видными его представителями. Совместно со С. Страдным участвовал в пролеткультовских изданиях. Его собственные произведения выходили в издательстве губернского Пролеткульта.

Типичные для всех пролеткультовцев вычурная манера письма, крайняя гиперболизация, когда изобразительные средства и ассоциации черпались из космического словаря, абстрактное воспевание машин и электричества дают о себе знать и в стихах Исаковского — в виде «электро-солнечных лучей», «электрических солнц» и т.п.

И все-таки даже неумелые, «неуклюжие», по его собственным выражениям, стихи юного Исаковского с точки зрения эстетики нельзя отождествлять с планетарно-космической поэзией пролеткультовцев.

Главное, что отличает его от пролеткультовцев уже в ранних сборниках, - это близость к классикам, особенно к Некрасову. Тяготение, пусть еще не достаточно осознанное, к истинно народному, национальному, к поэтической точности и естественности.

В исканиях начинающего Исаковского отразились общие черты нашей молодой литературы той поры, не исключая слабостей и противоречий.

Советскую литературу периода 1917-1920 годов можно назвать литературой взволнованных лирических откликов на Октябрьскую революцию. В ней доминировала поэзия, лирика, обладающая возможностью быстрого и непосредственного отклика на происходящее, мгновенного выражения личного, эмоционального отношения автора к важнейшим событиям.

Уже в стихах 1920 года поэт делает небесплодную попытку реалистически осознать диковинное и чудесное, проникнуть в существо реальных фактов, раскрыть их обобщающий смысл. Пролеткультовцы, с их отвлеченными космическими «электропоэмами», уходили от подобных реальных фактов, витали в облаках. Исаковскому все возрастающее внимание к действительности, к тому новому, что появлялось в жизни, помогало творчески формироваться, скорее обретать свой голос.

О принципиальном расхождении начинающего Исаковского с пролеткультовцами говорило и его отношение к классическому наследию.

Примеры близости юного Исаковского к классикам мы уже видели в его школьных стихах, и в поэтических сборниках 1921 года. Надо лишь хорошо представить себе значение такого кровного родства с классиками, устойчивого, начавшегося с юных лет, для всего последующего развития поэта.

Подражание Пушкину и Некрасову, а затем сознательная учеба у них способствовали выработке поэтической конкретности, реалистической ясности, простоты и изящества художественной формы. Классики учили поэта быть ближе к насущным проблемам народной жизни, углубляться во внутренний мир человека, четко и ясно говорить о важном, существенном. На этом пути поэт со временем прочно закрепится и станет одним из активнейших хранителей и продолжателей лучших традиций русской классики в советской поэзии. В этом смысле ученические опыты ранних сборников весьма поучительны.

Активную литературно-публицистическую деятельность Исаковский совмещал с общественной работой. В 1920 году он входил в правление смоленского отделения Всесоюзной пролетарской организации писателей «Кузница».

В 1926-1927 годах, когда на базе литературной группы при смоленской комсомольской газете «Юный товарищ» возникло смоленское отделение Российской ассоциации пролетарских писателей (РАПП), Исаковский был избран секретарем правления этой организации. Все чаще в смоленских газетах печатались его стихи.

К середине двадцатых годов его поэтический голос стал заметно крепнуть и все более обретать черты самобытности.

Исаковский сообщал впоследствии (в письме от 24 октября 1950 года): «Уже примерно в году 1924-1925 я дошел до понимания того, что поэзию нужно искать в будничном дне, что слова нужно расходовать скупо, что красота поэзии заключается не в том, что поэт употребляет какие-то «красивые» слова, а в том, что эти слова должны быть самыми точными, единственными в том или ином случае, незаменимыми. И хотя на практике я не всегда мог осуществить это положение, но повторяю: я его понимал и по мере сил старался осуществлять».

Заканчивалась пора литературного ученичества, – Исаковский выходил на самостоятельную поэтическую дорогу.