Распространение фотографических образов, 1840-1880 гг.

Появление новых технологических приемов привлекало новых сторонников. Изобретение в середине 1850-х п. объемных фотоизображений - стереоскопческих – обогатило буржуазию новым приятным времяпрепровождением на снимке (с. 110) – сеанс стереоскопии в саду. Потом появились периодические издания с фотоиллюстрациями, одним из них был выходивший в Иокогаме журнал «Фар Ист»: в 1870-1878 гг. в каждом номере этого журнала печаталось 6-8 фотографий.

Самое значительное издание 1840-1844 гг. - «Дагеровские экскурсии». Сравнение гравюр по дагеротипам (вверху и внизу, пристань Рипетта в Риме) с сохранившимися оригиналами дагеротипических отпечатков показывает, что граверы очень вольно интерпретировали воспроизводимые ими виды.

Множащийся образ

Если можно было мириться с неповторимостью дагеротипического портрета - поскольку изображение на медной пластинке никак не поддавалось размножению, то уже иные возможные приложения дагеротипии поневоле останавливались перед этим препятствием. Поначалу в ход пошли гравюры с дагеротипических отпечатков, которые лучше всего получались у Ипполита Физо, догадавшегося заняться такого рода «копированием» в начале 1840-х гг. Но мало того, что сама процедура эта требовала незаурядных способностей от мастера, пользоваться ее результатами тоже было непросто, а сами гравюры передавали фотоизображение лишь приблизительно, и клиенты сетовали на холодность и отчужденность «образов по дагеротипу», которым недоставало очарования и волшебства, присущих их оригиналам.

Хотя в печатне Толбота в Редингде (в центре) работало не больше шести или семи человек, - предприятие уже отличалось разделением труда, сходным с организацией работы в крупных фотоателье. В отсутствие хозяина снимал помощник Толбота - Хеннеман, распределяя прочие обязанности среди остальных работников. Готовыс снимки метились печатью «Патентовано - светорожденные рисунки толботайп». Предприятие охотно печатало и распространяло и фотографии иных мастеров (Колверта Джоунза, Бриджеса и пр.).

Еще в 1840-с гг. Толбот видел главное преимущество своей методики в возможности получения нескольких отпечатков одного изображения и размножения изображений. Осенью 1843 г. в Рединге, к югу от Лондона, Толбот открыл первую фототипографию - предприятия, печатавшие снимки, В свет вышли книги, проиллюстрированные фотографиями, - четыре названия за три года. Первый, и самый важный, том назывался «Карандаш природы» и знакомил читателя с фотопроцессом Толбота, а вернее, расхваливал описываемую методику. Толбот детальнейше расписал преимущества калотипа в различных областях. Каждый экземпляр книги иллюстрировался оригиналами отпечатков на солевой бумаге, которые вклеивались вручную и сопровождались пояснительным текстом: понятно, что такая модификация книгопечатания была очень трудоемкая и о массовых тиражах и речи быть не могло.

Книга печаталась отдельными выпусками на протяжении 1844-1846 г., но успеха не имела: Толботу удалось сбыть только сто тридцать экземпляров. Три последующих издания в том же роде - «Солнечные картинки в Шотландии» и еще два сборника репродукций произведений искусства и снимков вещей, найденных археологами, - продавались не лучше, несмотря на видных подписчиков, среди которых была даже королева Виктория. Провал отчасти объясняется высокой ценой иллюстрированных изданий и нестойкостью фотоиллюстраций. В 1847 г. печатне Толбота пришлось закрыться.

Печатня Бланкар-Эврара

Aнгличанка Анна Аткинз с 1843 по 1853 г. составляла сборник снимков морской флоры Британских островов. Работая над альбо- мом который вышел под названием -Бум танские морские водоросли и стал пер вым научным сочи нением с фотоиллюстрациями, г-жи Аткинз обратилась к методике цианотипа - процедуре печатания снимков, которую разработал в 1842 г. Джон Гершель. Конечные отпечатки получались голубоватыми (внизу).

Редингское предприятие так и осталось изолированной инициативой, которая к тому же провалилась, и потому подражать почину Толбота никто не торопился. Но когда в начале 1850-х г: Бланкар-Эврар существенно улучшил методику Толбота, вслед за этим начали появляться и новые фототипографии. Многие торговые дома Парижа, в том числе «Фонтене», «Лемерсье», «Жид-э-Бадри», «Дидо», пробовали выпускать книги с фотоиллюстрациями и торговать ими. Но за дело фотопечати взялся сам Бланкар-Эврар, открывший в 1851 г. в городке Ло-ле-Лилль, пригороде Лилля, предприятие по печатанию снимков, трудоустроив сорок человек. Его печатня стала образцом для подражания и самой значительной для того времени фирмой в области фотопечати. А усовершенствования, внесенные им в процесс Толбота, особенно в том, что касается печати итоговых снимков, позволили стандартизировать операции, даже самые крупные из них, что обернулось снижением издержек и другими экономическими выгодами. Если провал Рединга отчасти объясняется затратностью - на контактную печать уходили часы, то в Лилле для таких операций, как проявление на солнечном свету довольно было десятка секунд. За четыре года - с 1851 по 1855 г. - свет увидели два десятка фотоальбомов, этаких папок с фотоснимками на солевой бумаге (каждый альбом посвящался одной теме: «На берегах Рейна», «Религиозное искусство», «Виды природы»), отпечатанных с более чем 500 клише: большинство снимков предоставили французкие и бельгийские мастера калотипии. Но и это начинание постиг коммерческий провал: оборот предприятия не рос и в 1855 г. его пришлось закрыть. Крах печатни совпал по времени с закатом калотипа во Франции: эта технология не сумела завоевать широкую общественность и выйти за рамки тесного круга любителей, художников и ученых.