Греко-римские писатели о христианском движении

Корнелий Тацит (около 56 года – около 118 года н. э.) – проконсул Азии (112–113 годы), друг Плиния Младшего и автор Анналов и Истории. Сохранились только фрагменты этих его трудов. В Анналах 15.44 он мимоходом упоминает Иисуса:

И вот, чтобы прекратить слухи, Нерон подыскал виновных и подверг тягчайшим мукам людей, ненавидимых за их мерзости, которых чернь называла христианами. Прозвание это идет от Христа, который в правление Тиберия был предан смертной казни прокуратором Понтием Пилатом. Подавленное на некоторое время это зловредное суеверие распространилось опять, и не только в Иудее, где возникло это зло, но и в самом Риме, куда отовсюду стекаются гнусности и бесстыдства и где они процветают.

В пятом томе своей De vita Caesarum (около 120 года) римский историк Светоний сообщает об изгнании иудеев из Рима в 49 году, в правление Клавдия (Divus Claudius 25.4;ср. Деян 18:2). В своем рассказе он ссылается на некоего человека по имени «Хрестос»:

Иудеев, постоянно волнуемых Хрестом [sic!], он [Клавдий] изгнал из Рима.

Плиний Младший (или Гай Плиний Цецилиус Секундус, приблизительно 61–113 годы н. э.), который в 111–13 годах до н. э. был губернатором Вифинии в Малой Азии, спрашивает в письме императора Траяна, что ему делать с христианами. Интерес вызывает следующий пассаж из его посланий (10.96):

А утверждали они [христиане], что сущность их вины или заблуждения состояла в том, что они имели обычай в определенный день собираться на рассвете и читать, чередуясь между собою, гимн Христу как Богу, и что они обязываются клятвой не для какого-либо преступления, но для того, чтобы не совершать краж, разбоя, прелюбодеяния, не обманывать доверия, не отказываться по требованию от возвращения сданного на хранение. После этого (т. е. утреннего богослужения) они обычно расходились и вновь собирались для принятия пищи, однако обыкновенной и невинной.

Движению Иисуса больше не противостоят яростные храмовые священники-аристократы, ведь после 70 годов их больше не существует; зато ему противостоит власть, занявшая место священников, в лице харизматического вождя Симона бен Косибы, или Бар-Кохбы, «Сына Звезды».

Указания на преследования иудеев, исповедовавших Иисуса из Назарета как Мессию, говорят в поддержку того мнения, что Бар-Кохба притязал на мессианскую роль. Согласно Юстину Мученику, только одних христиан мучили и казнили, если они не отказывались считать Иисуса Мессией. Вероятно, от них требовали этого отказа с той целью, чтобы Мессией Израиля был признан Бар-Кохба, а не Иисус христианских верований. Насколько нам известно, среди иудеев II столетия христиане были единственной сектой, которая твердо верила, что «Мессией Израиля» был некий конкретный человек (но не Бар-Кохба). Сообщение Евсевия, что христиан преследовали, если отказывались помогать Бар-Кохбе, совпадает с сообщением Юстина. (Оно также соответствует некоторым посланиям самого Бар-Кохбы, в которых он угрожает определенным людям наказанием и приказывает арестовывать их и заключать в тюрьму.[214]) Вероятно, отказ христиан поддерживать восстание диктовался не только пацифизмом, но и их нежеланием признавать мессианскую роль Бар-Кохбы, да и сами цели его восстания.

Восстание Бар-Кохбы и его катастрофические последствия надолго разделили иудеев и христиан, синагогу и церковь. Тем самым продолжала расширяться пропасть между иудеями и прозелитами, которые верили в Иисуса, с одной стороны, а с другой – между иудеями и прозелитами, которые в Иисуса не верили. Отчуждение между синагогой и церковью ясно просматривается в посланиях Игнатия. Трагическим образом взаимная враждебность продолжала возрастать, пока не превратилась в ненависть.

В результате бурных событий I и II веков возникла церковь, которая оказалась вне Израиля и в противостоянии ему. Совсем не это предполагал Иисус. Однако это не означает, что Иисус не предвидел Церкви или не пытался ее основать, Церкви как сообщества учеников, исповедующих его учение и возвещающих его другим людям. Проблема не в Иисусе, «основывающем и приводящем в движение некое организованное сообщество, которое сможет существовать в грядущие века», как недавно выразился Геза Вермеш.[215] В конце концов Иисус утверждал, что даже «врата ада» не одолеют его qahal, его общину, его церковь (Мф 16:18). qahal Иисуса, его ekklēsia, сохранится, а испорченное и озлобленное аристократическое священство – нет.

Иисус желал (и это различным образом отражено у Павла и у других лидеров Церкви), чтобы все люди – Израиль и все народы – приняли закон Бога и увидели космос, свободный от греха и несовершенства. Время и вечность дадут нам знать, сбудется ли его желание.

Приложение