Из переписки С. М. Кравчинского

Сохранившиеся в архиве П. Аксельрода письма С. Кравчинского (относящиеся к трем различным моментам - 1882 г., 1886-1889 г. и. 1892 г.) дают ценный материал для характеристики этого выдающегося революционера и, в особенности, для выяснения его отношения к чернопередельческой группе и, позже, к группе «Освобождение Труда».

Окончив в 1871 г. артиллерийскую школу, С. Кравчинский в 1872 г. вступил в кружок «чайковцев». В 1874 г. принял участие в «хождении в народ», был арестован, но бежал и снова отдался революционной работе. В 1875 г. ему пришлось эмигрировать в Швейцарию, и здесь впервые встретился с ним П. Аксельрод, который так рассказывает о свой встрече с С. Кравчинским:

«Вскоре после меня в Женеву приехал Кравчинский, которого я знал уже по рассказам Клеменца. Кравчинский сразу завоевал мои симпатии. Это был человек не только весьма талантливый, но и активный, сильный и смелый - «не ведающий страха», по характеристике Клеменца, - одна из наиболее ярких фигур среди русских революционеров. Он оказался одним из самых блестящих представителей всего русского революционного движения 70-х годов» («Пережитое и передуманное», кн. 1-ая, стр. 142).

Как П. Аксельрод, так и С. Кравчинский были в это время правоверными бакунистами. Вскоре П. Аксельрод вернулся в Россию, а С. Кравчинский отправился в Герцеговину, чтобы принять участие в происходившем там восстании славян против турок. Оттуда он поехал в Италию, и здесь участвовал в предпринятой горстью революционеров-бакунистов (Коста, Малатеста, Каффиеро и др.) попытке произвести восстание в Беневенто. Попытка окончилась неудачей и арестом заговорщиков. Освободившись по амнистии из итальянской тюрьмы, С. Кравчинский вернулся в 1878 г. в Женеву.

Здесь, вместе с приехавшим еще раньше из России П. Аксельродом и др. бакунистами, С. Кравчинский работал некоторое время в газете «Община». Летом 1878 г. он выехал в Россию, вступил здесь в Центральный Комитет только что сложившегося Общества «Земля и Воля» и стал редактором органа Общества. 4 августа он выполнил террористический акт над шефом жандармов Мезенцевым, которого Общество «Земля и Воля» приговорило к смерти за введение жестокого режима для политических в тюрьмах и за отягчение приговоров, вынесенных судом революционерам по известному «делу 193». Кравчинский, среди бела дня, на Михайловской площади в Петербурге заколол кинжалом Мезенцева. После этого товарищи заставили его уехать заграницу, и он уже до смерти не возвращался в Россию. Заграницей С. Кравчинскому пришлось прожить бурные годы народовольчества В некрологе, посвященном ему в венской «Arbeiter-Zeitung», П. Аксельрод писал:

«Глубокой осенью 1878 г. Кравчинский вернулся в Женеву. Стало быть, как раз пред тем временем, когда Центральный Комитет партии [«Земля и Воля»] стал готовиться к своим смелым и величественным атакам на правительство. Горькая ирония для человека, бывшего одним из первых людей, толкнувших наше движение на путь «дел» и так к ним стремившихся! Несомненно, для такой яркой, героической натуры было не-

- 64 -

обыкновенно мучительно издали, в качестве спокойного наблюдателя, следить за исполинской борьбой «Народной Воли». Положение вынуждало его посвятить свои силы исключительно литературной деятельности».

В 1882 г. С. Кравчинский переехал из Швейцарии в Италию. Здесь он выпустил (за подписью «Степняк») свою известную книгу «Подпольная Россия». Эту книгу С. Кравчинский написал на итальянском языке, который изучил в 1877 г., сидя в тюрьме по делу о Беневентском восстании. Книга имела огромный успех и в короткое время была переведена на многие европейские языки. Этой книгой открывается ряд работ С. Кравчинского, посвященных ознакомлению западноевропейского общественного мнения с революционным движением в России.

В середине 80-х годов С. Кравчинский переехал в Лондон. Здесь он организовал «Общество друзей русской свободы», основал ежемесячный журнал «Free Russia» («Свободная Россия»), выходивший и после его смерти, до 1900 г. Ближайшим его товарищем в этой работе был приехавший в Лондон вскоре после основания журнала Феликс Волховской. Их общими усилиями был создан и «Фонд вольной русской прессы».

По натуре своей, С. Кравчинский не был человеком партии. Он был рыцарем-бойцом, с пытливым, независимым, вечно ищущим но не склонным к теоретическому углублению умом, с неукротимой жаждой борьбы, личного подвига, самопожертвования. Он умер от несчастного случая, попав под поезд городской железной дороги.

Оставшиеся труды С. Кравчинского отмечены не только большим художественным талантом, но и отблеском исключительно яркой личности.

Здесь мы печатаем, вместе с 5 письмами С. Кравчинского к П. Аксельроду и одним письмом П. Аксельрода, два письма С. Кравчинского к В. И. Засулич, сохранившиеся в архиве П. Аксельрода.