Сцены из жизни работающей девушки: зарисовка номер 4.

Наша смена начинается, когда все остальные расходятся по домам. Если кто‑то спрашивает, как нас зовут или откуда мы родом, мы лжем. Есть сценарий, и лучше о нем не забывать. Может быть, менеджер и не приглядывает за тобой лично, но она в курсе всего, что происходит. Если не приносишь достаточно наличных еженедельно, готовься познакомиться с ее острым, как бритва, язычком – и получить задания еще хуже и в самое ужасное время.

Никогда не знаешь, кто тебе достанется – человек одинокий, который будет слишком долго тебя задерживать, потому что ему нужно с кем‑нибудь поговорить, или властный псих, которого хлебом не корми, дай поизмываться над такими девушками, как ты.

Однажды я просто не вернулась. Менеджер даже не позвонила, чтобы выяснить, что случилось. На мое место всегда была очередь – из тех, кто помоложе, кто готов был работать усерднее, задерживаться на работе дольше и за меньшую плату.

 

На мое место всегда была очередь – из тех, кто помоложе, кто готов был работать усерднее, задерживаться на работе дольше и за меньшую плату.

 

Я скорее предпочла бы получить прямой выстрел спермой в глаз, чем снова проходить через этот ад. Если вы догадались, что я работала в колл‑центре, то оказались правы. Работать там почти на 200 % хуже, чем быть девушкой по вызову.

 

Воскресенье, 24 июля

 

– Я в туалет, – заявил Этот Парень. – Ты не хочешь пойти первой?

– Это зависит от того, – сказала я с дивана, гоняя по тарелке последние липкие ошметки завтрака, – что ты имел в виду, когда говорил «иду в туалет», – почитать комиксы или попукать?

– Первое. Пришел новый Megazine [10], и я могу там зависнуть.

Теперь он перенаправил доставку своих подписных комиксов на мой адрес. А почему бы и нет, пояснил он. Я в конечном счете все равно оставляю их у тебя.

– Не‑а, все в порядке, наслаждайся.

Знаешь, что я обожаю в этом мужчине? То, что сейчас благодаря мне он знает о Руфусе Уэйнрайте и «Истории О». А я благодаря ему знаю о «Мире Варкрафта» и о том, что мне следует предоставить приготовление французских тостов специалистам.

 

Среда, 27 июля

 

– Он приехал в город на два дня и был бы рад тебя увидеть. В сущности, во время разговора он говорил конкретно о тебе. И так мило просил найти возможность встретиться с тобой!

– Когда? – Я пролистала свой ежедневник – занято. Полностью занято. – Извини, я очень хотела бы сказать «да», но я слишком занята, да и как‑то внезапно все это – ты же знаешь, планировать такие встречи надо заранее. Как ты сказала, где там его отель? Кью? Да это другой конец города!

– Детка, не отказывай мне в этой просьбе.

Это не мой агент, это мама. Ее старший брат приехал из‑за границы – то ли на конференцию, то ли еще зачем‑то.

– Какие у тебя такие важные дела, что ты не можешь выкроить время для родственников?

– М‑м‑м, может быть, работа и все такое прочее? Жизнь, к примеру? Слушай, мы ведь даже не поддерживаем постоянных контактов.

Дядюшка у меня отличный, он понимает все, что касается жизненных перипетий. А вот матушка, напротив, если ее ласково попросить, отложила бы и собственную кончину ради того, чтобы выполнить просьбу какого‑нибудь дальнего родственника или обязательства перед какой‑нибудь седьмой водой на киселе.

Почти всю мою жизнь этот дядюшка жил в другой стране, даже на другом континенте. Диаспора клана де Жур огромна. Он был женат трижды, и, честно говоря, я представления не имею, сколько у него детей. Его второй по счету отпрыск – Дж., тот самый кузен, практически мой одногодок, с которым у меня достаточно близкие отношения. Так вот, Дж. едва ли видится с папашей чаще, чем я. Печально, но дядюшка был вынужден покинуть матушку Дж., потому что их общие проблемы оказались слишком велики для одной пары, и я не могу его винить.

И когда я на несколько месяцев уезжала из Соединенного Королевства, чтобы навестить Дж. в Мексике, где он приходил в себя после отказа от наркотиков, ему было что порассказать о своей мамочке. О том, как он рос. О том, что она говорила и делала. Но единственной неприкосновенной темой был его отец. Что бы ни шло наперекосяк в жизни Дж., он не стал бы винить в этом отца. А потом до меня дошло, что Дж. не увидится с ним во время этого приезда. Или, если уж на то пошло, в любом обозримом будущем.

Я нетерпеливо побарабанила пальцами по столу. Возможно, я могла бы перенести одного постоянного клиента на другой день; ну а мой менеджер смогла бы позаботиться о том, чтобы не назначать никого на эту неделю, не посоветовавшись предварительно со мной…

– Ну ладно. Но мне придется адски изворачиваться, чтобы это устроить.

– Ой, милая, как хорошо! – проворковала мама. Она не сказала «спасибо». «Спасибо» – это для слабаков. «Спасибо» – не для тех, кто первым заканчивает разговор.

 

Пятница, 29 июля