Доказывание и доказательства в МГП

Основная проблема судебных доказательств в аспекте МГП заключается в различной оценке в законах разных государств одних и тех же институтов доказательственного права (как институтов материального или процессуального права).

В связи с этим практически всегда возникает необходимость самостоятельной квалификации каждого института доказательственного права.

Общая проблема МГП - имеет ли суд право применять иностранное доказательственное право, если существо отношения или форма сделки подчинены иностранному закону.

В доктрине вопрос о юридической природе доказательств по делам, связанным с иностранным правопорядком, рассматривается исходя из того, что в процессуальных вопросах суд применяет свое собственное право. Проблема сводится к оценке того или иного доказательства как материальной или процессуальной категории.

Англо-американское право предписывает применение только своего собственного доказательственного права, несмотря на наличие в деле связи с иностранным правопорядком.

По вопросам допустимости доказательств в англо-американском праве иностранное право не применяется.

При разрешении проблемы допустимости письменных документов используется закон суда, но при толковании документов возможно применение иностранного права, регулирующего существо отношения (статут сделки).

НО:

Законодательство и судебная практика стран общего права демонстрируют тенденцию к применению иностранного доказательственного права: "Доказательство регулируется правом, применимым к существу спора, с учетом любых норм страны суда, рассматривающего спор, являющихся более благоприятными для установления доказательства" (ст. 3130 ГК Квебека).

В континентальном праве действует общее правило, что процессуальные вопросы разрешаются по закону суда, но определение процессуальных и материально-правовых категорий подчиняется закону существа отношения.

В отношении бремени доказывания судебная практика большинства континентальных государств исходит из позиции: по вопросам распределения бремени доказывания перевешивает материально-правовой момент, поэтому возможно применение иностранного права (статут сделки).

Нормы о распределении бремени доказывания относятся к материальному праву, а не к процессу, поскольку onus probandi (бремя доказывания) представляет собой составную часть правоотношения.

Допустимость доказательств в соответствии с положениями, например, ГПК ФРГ определяется законом суда (как процессуальный вопрос).

Российские нормы о доказательствах имеют процессуальный характер и подлежат применению при рассмотрении гражданских дел с иностранным участием. Положение о судебных доказательствах, согласно которому каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений (ст. 56 ГПК РФ; ст. 65 АПК РФ), - принцип российского гражданского процесса, применяемый по всем делам.

Вопрос о доказательственной силе письменных документов в доктрине и практике большинства стран разрешается на основании права страны суда.

Французская доктрина и практика подчиняют доказательственную силу документа закону места его совершения. Это обосновывается принципиальной связью между формой сделки (определяемой по locus regit actum) и процессуальным эффектом соответствующего документа.

В российском МГП этот вопрос решается по российскому праву. Иностранные нормы о преимущественной силе письменных документов не могут применяться, даже если речь идет о документе, исходящем из государства, в котором документ является привилегированным средством доказывания.

В российском МГП доказательственная сила письменных документов определяется на общих основаниях (ст. 71 ГПК). Письменные доказательства могут представляться как в подлиннике, так и в надлежащим образом заверенной копии.

Анализ положений российского процессуального законодательства показывает, что при рассмотрении дел, связанных с иностранным правопорядком, суд вправе потребовать представления подлинников иностранных письменных документов. Требование представления иностранного официального документа в подлиннике может оказаться неосуществимым, поскольку получение таких доказательств от иностранных лиц возможно только в порядке судебного поручения. Российские суды обязаны учитывать эти обстоятельства.