Павлюченко Михаил Иванович. «Падлюк».

Павлюченко работал в училище, с самого его образования в 1975 году, еще когда здание училища только строилось и первые группы учащихся вынужденно занимались на самом заводе ОПЫТ. Пришёл он на работу после окончания 1го МИПТА, и сразу зарекомендовал себя как исполнительный, жёсткий педагог- мастер, группы которые он вел, всегда были одними из лучших. Сам он был из глубокой провинции и приехав в Москву мечтал о любой карьере лишь бы зацепиться за Москву и стать Москвичом, получив вожделенную прописку. Судьба сделала его педагогом, мастером производственного обучения, прописала в Москве в комнатушке 8 кв метров.                                                                                                         Внешне он выглядел гораздо старше своих тридцати лет, роста чуть выше среднего, плотного телосложения, на круглом лице топорщились густые усы, на макушке головы уже блистала залысина. Не знающий его человек мог легко дать ему сороковник.

Но на этом всё хорошее о нём и заканчивается.

Глядя на методы его работы, я всегда задавал себе вопрос, как его до сих пор не покалечили учащиеся или коллеги по работе.

Он действовал по методу «разделяй и властвуй», стравливая учащихся между собой.

Да и с сослуживцами он действовал по такому же методу, при первой возможности, докладывая руководству про всех и вся.

 Он мог сегодня вечером сидеть с вами за одним столом, а завтра с утра дирекция училища уже знало обо всем происходящем и сказанном за этим столом, с мельчайшими подробностями, с приукрашиванием и выводами докладчика.

Он мог легко вторгнуться в вашу частную жизнь, наговорив про вас, всё равно кому, все равно что, лишь бы для этого возник подходящий момент и повод.

Падлюк, был этакой местной базарной сплетницей, собирающей всю гадкую, подлую информацию обо всех окружающих его людях.

И применяющий эту инфу в нужный момент, с целью опорочить, очернить кого либо.

Он не гнушался ни чем, в достижении какой то только ему ведомой цели.

Бывают такие характеры и люди на Руси, которые если не совершат сегодня гадость, ночью спокойно не заснут.

Такими моментами не единожды он пользовался и в моем направлении.

Зашла моя тёща как то в училище, что то ей понадобилось мне срочно сообщить, уже точно и не припомню что.

Благо живем то совсем рядом.

На вахте возле входной двери сидел «Падлюк», слово за слово, пока меня искали по училищу, он ей такого наговорил, что дома дня два потом крик и ор стоял.

Боже, чего он только не наплел!

Выпиваю я на работе не переставая, за учащимися не слежу, к работе отношусь спустя рукава, девки ко мне шастают на работу какие то постоянно, и грубый я, и подраться могу в любую секунду, и дерзок необычайно.

Надо признать, что многое из его «стука» теще, было почти правдой, но зачем же закладывать своих то?! Негодяй однако!!!

Доставалось от Павлюка многим, если не сказать всем, в той, либо иной степени.

Ну и ему платили тем же, пацаны, когда у него был мотоцикл с коляской и он на нем приезжал в «учагу», непременно пользовались этим моментом, подбрасывали в неё говнища, причем в таком количестве, что возникал вопрос,- они его из дома приносили в пакетах, или в училище тужились?

Как же матерился падлюк потом отмывая и отчищая это вонючее послание!

Снуя с ведрами воды от туалета к мотоциклу, он пристально вглядывался в лица ухмыляющихся ребят стоящих в вестибюле нижнего этажа и взирающими на его муки.

Он словно пытался по их лицам понять, кто же одарил его таким презентом, но как говорится — за руку не пойманный, не вор!

Весть о мщении моментально разносилась по сарафанному радио училища. Все кто мог в такие моменты собирались у окон, первого этажа, да и второго с третьим тоже, что бы понаблюдать за рукотворным наказанием подлецу-стукачу.

С мастаками-коллегами было все попроще и посложнее одновременно, ему частенько перепадало просто по физиономии за его подляны и стукачество.

Это конечно вело потом к разборкам у дирекции училища, парткома, месткома и даже рядом находящегося отделения милиции.

Павлюченко в таких стычках принимал защитную, какую то бабскую позу, интенсивно махая руками во все стороны и вопя во все горло, что бы как можно сильнее привлечь внимание окружающего в данный момент люда. Что бы как можно меньше получить затрещин, от нападавшего на него мстителя.

………………………………………………………………………………………………………..

«Михал Иванович!, я бы попросил вас не влезать не в своё дело.» - нравоучительно осадил его Миха Надумин: «А то вы как чего то скажете, так у других от премии, ни чего не остаётся.»

Павлюченко понял намёк, он как то съёжился, надулся и затих. Миха Надумин, особенно сильно, на уровне почти аллергии, не переносил Падлюка.