Характеристика общественного строя у галлов

В галльском обществе рассматриваемого периода мы наблюдаем в развитом виде такие явления, как классовый антагонизм и систематическую эксплуатацию. Этими явлениями вызывалась необходимость установления государства[178]. Ряд специфических черт, свойственных государству, таких, как публичная власть[179], налоги[180], чиновничество, их собирающее[181], отражены в «Записках» Г. Ю. Цезаря.

Вместе с тем, мы не находим ещё в галльском обществе этого периода разделения населения по территориям, а не по племенам, что Ф. Энгельс также считает отличительной чертой государства[182]. У нас не имеется сведений о писанных законах у галлов, в силу которых «носители отчуждающейся от общества власти […] приобретают особую святость и неприкосновенность»[183], и которые освящают и закрепляют систему насилия господствующих классов над подчинёнными. Что касается такой черты государства, как военная организация, не совпадающая со всем обществом, то, с одной стороны, она имеется у галлов в лице богатых профессиональных воинов. Но, вместе с тем, рядом с ней присутствует ещё воинская повинность для представителей низшего класса, являющаяся, несомненно, наследием прежнего, догосударственного общественного устройства, а не новым явлением, возникшим в результате становления и дальнейшего развития государства: случаи сознательного уменьшения галлами численности своего войска, описанные в «Записках» Г. Ю. Цезаря[184], указывают на то, что это явление – отмирающее, а не вновь вводимое. Таким образом, не все необходимые институты государства в рассматриваемый период имеют в галльском обществе установившийся характер.

Итак, мы можем констатировать у галлов во времена Г. Ю. Цезаря классовое общество с выраженным имущественным и социальным неравенством, с острой борьбой за власть. В нём завершается или, может быть, только что завершилось (имеющиеся в нашем распоряжении источники не позволяют утверждать однозначно) становление государства. Таким образом, мы считаем, что галльское общество в рассматриваемый период находилось в самом конце протогосударственного этапа своего развития.

Общественный строй германцев

Г. Ю. Цезарь очень эмоционально выразил то впечатление, которое произвели на него различия между галлами и германцами: «нельзя и сравнивать галльскую землю с германской, равно как и галльский образ жизни с германским»[185]. Рассмотрим, в чём состояли различия между образом жизни галльского и германского общества, принимая в расчёт то, как они отражались на военном деле.

Род занятий германцев

П. К. Тацит называет основным родом занятий германцев скотоводство: «мелкого скота […] великое множество, но по большей части он малорослый. […] Германцы радуются обилию своих стад, и они – единственное и самое любимое их достояние»[186]. Г. Ю. Цезарь также утверждает, что питаются они «главным образом молоком и мясом своего скота»[187]. Кроме того, значительную роль играет у германцев охота[188].

Земледелие в Германии представлено, по сообщениям римских авторов, исключительно выращиванием зерновых культур: германцы «не сажают плодовых деревьев, не огораживают лугов, не поливают огороды. От земли они ждут только урожая хлебов»[189], поскольку земля в Германии хотя и «в общем достаточно плодородная, она непригодна для плодовых деревьев»[190]. Также в их пищу входит, «как добавляет Плиний, овсяная каша»[191].

Г. Ю. Цезарь сообщает о германцах, что «земледелием они занимаются мало»[192], и «питаются они сравнительно мало хлебом»[193], в то время как данные современной археологии, в частности, исследования «древних полей», указывают на то, что в конце I тысячелетия до н. э. – первой половине I тысячелетия н. э. в Центральной Европе уже было развитое земледелие[194]. По-видимому, Г. Ю. Цезарь говорит о незначительности размеров земледельческих занятий у германцев, сравнивая их с таковыми у римлян, и постольку его слова надо понимать лишь в том смысле, что скотоводство играло у них сравнительно большую роль, а земледелие – меньшую, не делая общего вывода о неразвитости у них земледелия. Кроме того, возможно, что его слова «могли касаться только прирейнских районов Германии, куда проникали римляне»[195], что вполне естественно для приграничных областей с их постоянными опасностями.

Вопрос о соотношении скотоводства и земледелия в сельском хозяйстве германцев в рассматриваемый период мы считаем дискуссионным. В особенности это касается сельского хозяйства конкретных племён и конкретных областей Германии. Но значительная роль каждой из этих отраслей в целом несомненна.

Ремёсла у германцев, по-видимому, еще не отделились от сельского хозяйства, за исключением обработки металлов. Современные «археологические находки свидетельствуют о распространенности у германцев железодобывающего промысла, который давал им орудия, необходимые для расчистки лесов и вспашки почв, также как и оружие»[196]. Ошибка П. К. Тацита в этом вопросе была рассмотрена нами выше. Относительно золота и серебра П. К. Тацит говорит, что оно не добывается в Германии, но под римским влиянием происходит всё же некоторое его распространение[197]. Об этом свидетельствуют и археологические данные[198].

Важно отметить, что в рассматриваемый период в Германии не было городских центров, сравнимых с оппидами Галлии[199], обработка металлов производилась в пределах земледельческих поселений, относительно которых можно говорить лишь о некоторой ориентации на ремесленное производство[200]. Выделение металлургии в самостоятельный промысел на уровне возникновения городских центров относится к более позднему времени[201].