По поводу строении земли Казани – местожительства борцов за веру

В прежние времена это была столица Чингисхана. Много раз переходила она от одного царя к другому, а ныне пребывает во власти Москвы, став местом обитания злосчастного правителя. Здесь свободно разместилось несколько тысяч постоялых дворов, соборных мечетей, имаретов, квартальных мечетей, медресе, обителей, бань, лавок и рынков торговцев тканями, навесов. Много здесь назидательных диковин и чудес. Ныне имеется три тысячи домов, крытых тростником и камышом, двадцать церквей, семь мечетей. Ибо здесь много мусульман из хешдеков и ногайцев. Насчитывается до шестисот лавок... Однако из страха перед калмыками мы в тот вечер всех коней накормили травой, называемой «оставшаяся с прошлого года». Хаким этого места – везир по имени Ракырия[269], назначаемый Москвою; он распоряжается десятитысячным войском из неверных‑мужиков и хешдеков.

Территория города. В нем также нет садов и палисадников, однако имеется множество овородов с плетнями.

В этих странах вина не бывает. Все неверные употребляют питье и хмельные напитки, называемые: водка, горилка, медовуха. Что касается народа хешдек, то он ест конину к пьет бузу, кумыс, талкан и язма. Вследствие приятности воды и воздуха здесь множество влюбленных обоих полов; все влюбляются страстно. Как у мужчин, так и у женщин для этого множество поводов.

На головах все здесь носят островерхие шапки, однако они не похожи на татарские шапки. Они носят островерхие колпаки на особый манер. А женщины из народа хешдек и христиан Москвы разгуливают с открытыми лицами.

Этот город Казань расположен также / 826  / в пределах седьмого пояса земли, и мы в час заката, задав коням корм, совершили вечерний намаз. Кони за час съели свой корм. А пока мы трапезничали, наступил час Шафи, настало утро. И не прошло часа, как настал день. Таким образом, ночь длилась всего четыре часа с четвертью, ибо здесь середина седьмого пояса земли. Зато день здесь очень длинный. Солнечный свет, [однако], не обладает такой силой и мощью, как в других поясах земли.

Хвала богу, такова была наша доля, когда мы, прибыв в сей город Казань – местопребывание борцов за веру, – в нашем странствии вступили в седьмой пояс земли...

О местах паломничества города Казани. Для области Азербайджана желанным является город Тебриз. Рассказывают, что похороненный в одной из гробниц вблизи этого города Мухаммед‑шах Казан происходит из этого города Казани. Знатная женщина по имени Халам Бан, бывшая его матерью, жила и погребена здесь же, в Казани.

Гробница шахиншаха Менучехра сына Тушенга сына Иреджа сына Афридуиа[270]. Из падишахов Ирана и Турана, Семнана, Луристана и Мултана[271] и самыми великими падишахами были Ксеркс и Адукеш[272]. Сей Менучехр уверовал в его светлость Нуха и был одним из взошедших на ковчег. Достигнув преклонного возраста – как и святой Муса, – он уверовал также в Аллаха. Он, Менучехр, был великий падишах – царствовал сто двадцать лет и достиг семисотлетнего возраста. Он похоронен в гробнице с зеленым куполом вне города Казани. Сроки его жизни к царствования – все это высечено на могильном камне. Я, ничтожный, изложил все это, позаимствовав оттуда. Вместе с этим Менучехром, поблизости от него, погребены потомки Иджильдена – современника Сам‑Неримана, Заля и Гостехема[273]. Все они покоятся в степи Хейхат, в стороне кыблы, за пределами города Ирак‑и Дадиан. Как уже было сказано выше, на их гробницах, на верхушках столбов, поставленных там, где голова и ноги, повешены предметы вооружения: деревянные дубины [величиною] со столб, палицы.

Гробница Тура сына Феридун – шаха, обладателя союза с Ираном. Этот Тур[274] вместе со своим отцом Феридуном[275] уверовал в его светлость Нуха, погрузился на его ковчег и был одним из тех, кого Нух спас во время потопа. Затем он произвел потомство в этой степи Хейхат, благоустраивал ее несколько сотен лет, стал падишахом Ирана и Турана и был похоронен рядом с гробницей Менучехра в этом городе Казани. Сыном этого Тур‑шаха / 827  / является Радим[276], его сын – Пешенг, сын последнего – Афрасиаб. А Радим сын Тура похоронен возле [могилы] своего отца.

Гробница Пешенга сына Тура [277]. Он тоже покоится вне пределов города Казани. Затем, посетив и осмотрев еще некоторое количество гробниц, а также памятников редкостных и удивительных, мы опять выступили из города Казани в направлении между западом и севером, в течение дня и ночи двигались степью Хейхат, осматривая кочевья народа хешдек. Опасаясь встречи с калмык‑татарами, [мы достигли нижеописываемого места].