Симулированная, или виртуальная, реальность может быть (и, возможно, будет) предпочтительнее нормальной реальности

Что предпочтительнее — реальный мир или усовершенствованный виртуальный мир? Какую таблетку вы выберете — синюю или красную? Как мы только что увидели, при соответствующих технологических достижениях и наличии квалифицированного и доброжелательного программиста виртуальный мир будет действительно привлекательнее реального. Это прекрасно проиллюстрировано в сцене, где Сайфер дезертирует и начинает работать на неподражаемого агента Смита. Сайфер, наслаждаясь сочным куском мяса и бокалом прекрасного красного вина, говорит: «Я знаю, что этот бифштекс не существует. Я знаю, что когда кладу кусочек в свой рот, Матрица сообщает моему мозгу, что он сочный и вкусный. Знаете, что я понял за девять лет? Неведенье—это блаженство».

Матрица раздает сочные куски, реальный человеческий мир довольствуется пресной кашицей. Матрица располагает замечательными ночными клубами, а реальный мир — нет. У Матрицы имеется женщина в красном платье, у реального же мира… впрочем, есть Тринити (ну конечно, всегда случаются исключения). Но дело в том, что Матрица — это рай чувственных удовольствий, которые могут сравниться с реальным миром. И Сайфер, как прожженный гедонист, искатель удовольствий, не склонен подстраиваться под извечные мечты человечества и прочий идеалистический мусор. Он хочет вернуться в киберреальность и желает сделать все необходимое, чтобы избежать еще девяти лет все той же кашицы. С другими членами команды «Навуходоносора» все иначе. Для них есть нечто большее, чем удовольствие, а именно правда и свобода. Особенно для Нео, который рано обнаруживает в себе отвращение к «судьбе» и неверие в нее, потому что ему «не нравится идея, что я не контролирую свою жизнь».

Таким образом, на первый взгляд виртуальный мир предпочтительнее только для поверхностного гедониста, который равнодушен к греху самообмана, в то время как реальный мир предпочтительнее для того, кто думает о более важных вещах, таких как правда, свобода, независимость, подлинность существования. Выдвигая это положение, мы получаем старомодную голливудскую морализаторскую историю. Совсем даже не постмодернистскую. И конечно, весь сюжет фильма развивается в связи с благородной борьбой за свободу от тирании машин и их злой Матрицы. Но фильм, несмотря на все это, открывает нам в нескольких словах то, что единственный правый — Сайфер. Я убежден, что верный путь — предпочтение симулированного мира реальному.

И вот почему. Матрица не просто предлагает чувственные удовольствия. Фактически она дает почти все, что мы могли бы хотеть: от самых поверхностных до глубочайших из удовольствий. Машины не сделали мир ограниченным необходимым, предоставляя возможность посещать музеи и концерты, читать Шекспира и Стивена Кинга, влюбляться, растить детей, завязывать глубокую дружбу и т. д. Весь мир лежит у наших ног, исключая (что, возможно, и к лучшему) некоторые его неприятные стороны, ведь машины имеют особую мотивацию создавать и поддерживать мир без разочарований, несчастных случайностей, болезней и войн, чтобы максимизировать получаемую энергию. Реальный мир, с другой стороны, представляет собой пустыню. Библиотеки и театры разрушены, а небо всегда серое. Действительно, вы должны были бы лишиться ума (по меньшей мере, быть не от мира сего), чтобы выбрать реальный мир. (Не потому ли Киану Ривз выглядит таким адекватным своей роли?) Сейчас мы говорим главным образом не о гедонизме, а, используя терминологию Джона Стюарта Милля, о «высших способностях» и глубоких и разнообразных типах удовольствий, происходящих из них. Такое удовольствие найти гораздо легче в Матрице, чем в «пустыне реальности».^[179]

Что же в отношении правды и свободы, независимости и подлинности существования? Машины, возможно, и не беспокоятся о том, что вы делаете в виртуальном мире. Вы можете рисовать, сочинять музыку, поддерживать правительство или бороться с ним. Вы свободны во всем, как вы свободны сейчас, вы не можете делать только одного: пытаться отключить Матрицу, или подстрекать других к тому, чтобы отключить ее, или убивать агентов, которые пытаются остановить людей, пытающихся отключить Матрицу. Что же до правды, то есть только одна единственно важная правда, которая недоступна вам: все происходящее нереально. Все лишь виртуальность. Но эта виртуальность ощущается как реальность настолько, насколько вообще реальное может быть ощутимо. И нет причины подозревать, что это нереально, если только Морфеус и его команда не наведаются к вам. Должно ли вам быть до этого дело? Важно ли это? Действительно ли все в конечном итоге нереально? Что делает все это нереальным? Перейдем к нашему последнему предположению.