Всем угодить – такой мечты не ставьте,

То невозможно, да и ни к чему;

Один нас встретит по уму и платью,

Другой же видит голым наяву.

И горе обещал Христос тому,

О ком все люди будут восторгаться.

Таланты не для дьявольских коммун,

Не восхвали ГУЛаговского «счастья».

Клеймят и режут избранных Христом,

Клевещут и поносят их лжебратья,

Их рано утром озарил Восток,

Благословив на подвиг многократно.

Пускай лопочут рабские клевреты,

Им недоступно зреть воскресших свет,

Бесстрашно верные вторгаются в запреты

На проповедь – и так на много лет.

Нам, христианам, дело до всего,

Увидеть грех и обличить прилюдно.

Не зацепись и собственной ногой

За подлость, за отчаянье Иуды.

Быть в мире, если можно, с большинством,

Не говоря о всех, что невозможно,

На всех не угодит и Божество.

Погибших всех враг обиходит ложью.

И не заботьтесь выглядеть в анфас,

Со стороны видней мы, даже краше,

Умейте правду полюбить тотчас,

Она с бичом при торгашах на страже.

Не угождайте слабостям, – потатчик

В конце загаженный, поломанный предстанет.

Не всё терпеть, умейте выдать сдачи,

И огнепальными с причастием устами.

Старайтесь угодить лишь Иегове,

И ближнему во благо для спасенья,

Чтоб не сказали: «Лизоблюд-угодник!» –

Врагам запомнимся лишь прошлогодней тенью. 7.10.05.ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 Всему начало есть и есть конец.doc

 

Всему начало есть и есть конец,

Лишь бесконечность спереди и сзади;

Доисторическая – с темнотою смесь,

Там без сенсаций, до которых падки.

Нафарширована история людьми,
Вершащими её по мере срока;

В провалах там столетиям дымить.

Зубрить заставят в школах те уроки.

Придут на смену сонмы подпевал,

Прославят Чингиз-хана и Атиллу,

Под «аллилуию» проведут кагал,

Не называя, скольких там сгубили.

Чудовища и нелюди с экранов,

Из мавзолеев выпрут и из ада,

Герои-мистики и грозного Корана, –

Их тень закатная невдалеке, а рядом.

Герои же апостольских времён

С сетями древними, вселенского значенья

Преподают чувствительный намёк:

Не их мощами жить, а их ученьем.

Исколобродились попы по алтарям,

Суют причастие любому проходимцу.

Ох, ждёт же всех расплата – и не зря, –

Насытятся прожорливые птицы.

И это кончится, и это изойдёт,

Сойдёт на «нет» и сгинет в одночасье.

Покажется сегодняшнее, слово мёд, –

Забыли скоро про пустые чашки.

У благодати тоже всплески, перепады,

То призывающая хлынет полноводьем.

На благовестье побуждать не надо, –

Сонм проповедников на ниву Бог выводит.

И то пройдёт и кончится внезапно,

Три с половиной года царствовать еврею.

Восток истает, всюду только Запад…

Цените нынешнее – благодати время! 27.05.08. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 Встать.doc

 

« Встать! Суд идёт!» – провозгласил придверник.

В подрясниках шагнули в пространство три судьи.

И вызван был свидетель номер первый.

Околесицу стал нудно к месту городить.

А я сижу за сваренной решёткой,

Приговорённый задолго до этого суда,

Мной Златоуст начитан громко – не нашёптан,

Святители со мной незримые сидят.

Суд отрабатывает данный им спектакль,

Уходят, давятся насмешкою и смыслом,

Здесь рассудить бы мог паршивенький сопляк,

Без всяких экспертиз и кагэбэшных сысков

Да, я начитывал на плёнки, на катушки

Святую Библию и «Жития святых»,

У репрессированных брал интервью и слушал.

В Архипелаг затарили, но голос не затих.

Но всюду в храмах и по монастырям

Уже размножились слезинки по погибшим;

За это и прокурор с судьёю костерят,

Чтоб рта не раскрывал и вёл себя потише.

Никто не смог деянья очернить,

Друзья ликующие взглядами ласкали;

А секретарь стакан истратила чернил,

И журналисты щерились в гнилом оскале.

Прошли года… Бог вымел всех подряд,

Дал срок – на кладбище всем шкурникам сокрыться.

На Брежнева похож был прокурор, как хряк,

Копался в «Деле» большевистским рылом,

И следователь умер в молодых летах,

Доносчики скукожились при поздней встрече.

А я и в лагере превыспренне взлетал,

Хотя в ночную сох и подкрепиться нечем.

Но будет День велик всеобщего Суда,

День воскресения итог подводит общий.

Воспоминаний жар и в холод смог обдать,

Благодарю за всё, душа моя не ропщет. 07.02.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

 Встречаю старого заклятого врага.doc

 

Встречаю старого заклятого врага,

Безбожника, лгуна и коммуниста;

Мороз под кожей: где же те рога,

Которыми пугал он, подбираясь близко?

 

Одрябло и обвисло на бритом подбородке,

Слезяще тычет костылём на ощупь,

Мы одногодки, по семьдесят лишь вроде,

Какой же выстрел он сделать нынче хочет?

 

Понятно, к коммунизму не дошли,

Земного рая как слепой не узрит.

Мешали перестройки и дожди,

А пятилеток груз куда-то сгинул шустро.

 

Меня преследовал и гнул в свою дугу

Экс-секретарь эпохи людоедства,

Теперь он сгорбился, ему сказать могу,

Где он и где по смерти его место.

 

Он верит в прежние агитки пустомель.

В дверь райскую в подтёках на стене;

Следы от пуль – по контуру расстрел,

Одно отверстие примерено на мне.

 

Мне не забыть ту кляксу в дневнике,

Когда дни мирные на клеточке засохли;

Молился за врага, он не убит никем,

Теперь мертвее мёртвого и слышны только охи.

 

Мой лагерь и тюрьма давным-давно

Рассыпались, и внутренности выпали наружу;

На чистый лист, на белое окно

Враг не наводит заржавевших ружей.

 

Зову к себе на поминки его,

Хвалюсь познанием Владыки Иеговы,

Я удостоился приять Его плевок,

Прозреть и сбросить старости оковы.

 

И не врага я вижу – труп живой,

Так хочется одеть и пищи дать духовной.

Пусть не в субботу будет бегство, не зимой,

А в воскресение, с душой, плодами полной. 

 

17.10.05. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

 Встречаются роскошные объятья.doc

 

Встречаются роскошные объятья,

К ним сердце льнёт и скобкой кверху губы,

Таких минут не так и много кстати,

Хотя мы к ним стремясь, хотим и любим.

 

Кого и где Христос встречал тогда,

А Он всё Тот же Самый, неизменный.

При Нём не пискнет тяжкая беда,

Легко наступишь на главу у змея.

 

Андрей зовётся нами первозванным,

Среди Апостолов, расслышавших Иисуса.

Пётр у него вначале был как замом,

Да и впоследствии вдруг оказался трусом.

 

Но встреча с Богом обожает в вере,

Вочеловечившийся был отнюдь не призрак,

Последнего Он награждает первым,

По праву милости, совсем не по капризу.

 

Что стало с самарянкой у колодца,

И с Магдалиной, жившими раздельно.

Сердца жестоковыйных стали мягче воска,

В гниющем мире стали светом, солью.

 

Смоковница возвысила Закхея,

И он рассыпался, имущество транжиря.

И вчетверо воздал, кому давал взашею.

Теперь дыру в кармане раздирает шире.

 

Чем кончилось бы житие у Савла,

Не повстречай Иисуса в свете ярком;

Чем больше убивал, но всё казалось мало,

Влачил мужей и жён, и молодых и старых.

 

При встрече с Иисусом переменилось всё

У тысячи слепых и оборванцев,

Привлёк и пуля не вошла в висок,

На каждый день обогащает шансом.

 

Встречайтесь! Встречи нас обогащают,

Шлифуют и смиряют неприметно.

Не будьте приторным, назойливо-слащавым,

Чтоб с лицемерами в конце не загреметь бы. 

 

  29.05.08. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 вступительное слово перед судом.doc