Театральный музей им. А. А. Бахрушина

В 1894 году по инициативе большого ценителя и пропагандиста театра А. А. Бахрушина был основан театральный музей, в котором собраны уникальные предметы, отображающие развитие русского театрального искусства. Южина с Бахрушиным связывали близкие дружеские и деловые отношения — они сотрудничали в Театральном обществе, в Центротеатре, в театральном отделе Наркомпроса, в Комитете оказания помощи раненым солдатам и в других общественных организациях.

Южин со дня основания музея был членом совета и активным участником в его деятельности. Он считал, что Театральный музей «имел большое значение для театральной жизни России».

Южин восхищался личностью Бахрушина. В статье, посвященной 30‑летию Театрального музея, он вспоминает, что в 80‑е годы XIX столетия в Московском Малом театре появился молодой человек, безгранично влюбленный в этот театр. Он сблизился с членами труппы, поклонниками театра и приступил к собиранию всего — начиная с фотографий и автографов и кончая театральными костюмами, всего, что впоследствии могло иметь огромное значение для истории русского театра. Так постепенно оказались в руках Бахрушина портреты, письма, режиссерские экспликации, рукописи пьес, записи актеров, зарисовки художников, предметы, отображающие жизнь театра, личные гримировальные принадлежности актеров, гастрольные материалы, афиши, программы и т. д.

В первое время отдельные скептики с иронией отнеслись к начинанию Бахрушина. Однако он знал, что театр живет лишь сегодняшним днем, что после окончания представления спектакль умирает, и поэтому предугадывал, сколь огромное познавательное значение приобретет в дальнейшем все, собранное им. Коллекция Бахрушина привлекла внимание широкой московской общественности уже в начале нашего века. Музей поражал посетителей объемом и многообразием собранных в нем экспонатов.

{416} Бахрушин не только собирал театральный материал, но и систематизировал его: во-первых, его интересовали лишь по-настоящему важные, характерные материалы, могущие пролить свет на прошлое театра; во-вторых, он внимательно следил за театральной жизнью в поисках того, что имело перспективу дальнейшего роста и развития. Кроме того, систематизируя уже имеющийся у него материал, он предоставлял всем желающим возможность ознакомиться с прошлым театра.

Самой большой заслугой Бахрушина явилось то, что для изучения добытых им материалов он приглашал не только профессиональных театроведов, но и вовлекал широкие круги зрителей, пробуждая тем самым в них интерес к культуре.

В 1913 году Бахрушин передал свой музей Российской Академии наук, а в 1918 году музей перешел в ведение Наркомпроса, и по распоряжению В. И. Ленина ему было присвоено имя А. А. Бахрушина.

В 1927 году в связи со смертью Южина музеем Бахрушина была устроена выставка — «А. И. Южин. 1857 – 1927», на которой было представлено свыше 550‑ти экспонатов.

Борьба с бюрократизмом

После мировой и гражданской войн народное хозяйство находилось в весьма тяжелом состоянии. Советский государственный аппарат только приступил к упорядочению своей работы. Разумеется, в тяжелом положении оказались и театры. Не было налажено дело материального и технического снабжения. Деятельность театра затруднялась из-за бюрократизма и недостаточной гибкости государственного аппарата, не раз дававших знать о себе.

Именно этим вопросам посвятил Южин свое письмо, посланное Луначарскому в августе 1921 года. Этот документ интересен во многих отношениях. В нем Южин ставит перед наркомом много актуальных проблем.

Прежде всего они касаются бюрократизма, проникшего в театральное дело. Южин настаивал на необходимости изменить структуру управления театрами, определить органы, способные компетентно руководить творческой деятельностью театров. По словам Южина, как неминуемо поражение в бою того легиона, во главе которого стоят десять-двадцать военачальников, облеченных равными правами, точно также неминуема неудача театра, работающего под началом нескольких вышестоящих учреждений. Он считал, что слишком велико число тех организаций, которые определяют творческую и финансово-хозяйственную деятельность, тарифы трудового вознаграждения актеров и сотрудников театра. В таких условиях, — {417} писал Южин, — исключается инициатива самого театра. Вместо живой творческой деятельности театры пытаются выполнить бесчисленные распоряжения управляющих органов, что фактически невозможно. Непосредственное руководство театром растрачивает драгоценное время, пытаясь разобраться в ворохе бумаг, исходящих из разных учреждений, дни и ночи проводя в собирании материалов, составлении докладных записок, никому не нужных по существу. Подобная бюрократия не дает возможности установить в театре подлинно творческую и трудовую дисциплину.

Южин критиковал также существующую в области искусства систему вознаграждения творческих работников сцены, которое основывалось на так называемой «тарифной таблице», утвержденной председателем Центрального Комитета Всероссийского союза работников искусств И. М. Славянским в 1919 году. Согласно этой «тарифной таблице» зарплата работников сцены определялась не по их профессиональному уровню; а по количеству спектаклей, в которых они принимали участие.

«В деле художественного творчества, — писал Южин, — количество и размер продуктов не могут быть базою его расценки. Этою базою должно служить только его качество и талант его создателя»[510]. Он указывал, что одно стихотворение Лермонтова ценнее миллионов томов бульварных романов, а набросок Леонардо да Винчи — всех поколений холстов, покрывающих стены различных художественных галерей.

Письмо Южина подписали от Малого театра О. А. Правдин, И. С. Платон, от Большого театра — Л. В. Собинов, А. А. Санин и другие, от Камерного театра — А. Я. Таиров, от Художественного театра — К. С. Станиславский, В. И. Немирович-Данченко и другие.

В мае 1922 года во время болезни Южин разработал «Положение о заслуженных артистах, почетных членах и почетных сотрудниках Московского государственного академического Малого театра», которое 21 июля того же года было утверждено Луначарским. Согласно Положению, право на звание заслуженного артиста Малого театра имели актеры с большим дарованием, особыми заслугами в искусстве и проработавшие на сцене Малого театра 25 лет. Порядок представления к почетному званию был демократичным: представление должны были подписать не менее двух третей труппы, а решение утверждалось на общем собрании театра.

{418} Глава VII
Последние годы