Все ждут уточнения. Дима молчит. Паша посветил ему в лицо своим телефоном.

ДИМА. Чо? Я ваще с бабушкой живу. Мать умерла, когда мне было 10.

ОЛЯ. Очень жаль… А папа… помогает?

ДИМА. У него мера возможностей сломалась.

ОЛЯ. Это как?

ДИМА. Как люди помогают «по мере возможности»?

Молчание.

ОЛЯ. Ну, может, еще увидитесь.

ДИМА. Да мне по фиг.

ОЛЯ. Всякое в жизни бывает. В детстве я думала, что позволять жить на две семьи могут только ненормальные.

ЛЕРА. Правильно думали. Вот мой папа…

ОЛЯ (перебивает). В твоем возрасте все черно-белое, я сама также считала раньше. А сейчас есть еще что-то…Мир немножечко другой.

ЛЕРА. Что «что-то еще»?

ДИМА. Что-что. Загугли: есть еще 50 оттенков серого.

ОЛЯ. Вот моя Женечка, то есть наша, наша Женечка, и вправду на папу похожа…

ЛЕРА. Это главное?

ОЛЯ. Просто дети шлифуют нас, оставляя главное. Вырастешь – поймешь.

ЛЕРА. Ой, всё.

ДИМА. Вот именно,  либо не вырастет, либо не поймет.

ОЛЯ. Когда я была маленькая, у папы был лучший друг - дядя Саша. Обычный такой бородатый дядька, но очень белобрысый. Мы иногда ходили в гости к нему. У него был сын, такой же альбинос, прям не отличить от отца. И звали также – Саша. Мне это тогда уже казалось идиотизмом – называть ребенка в честь себя. Но это ерунда, конечно…в общем, мы с родителями ходили к этому дяде Саше еще иногда в другую квартиру. Там этот его сын Саша становился вдруг Вовой, и мама у него там была другая. Я была маленькой и думала, что это игра такая. Конечно, потом-то мне стало понятно, что дядя Саша – бабник и у него просто две семьи. Эти Вова и Саша были реально как близнецы. Мне тогда было так жалко их матерей, а дядю Сашу я дико презирала. Думала – что мужчин мало на свете, что ли?

ЛЕРА. Вы нам это сейчас зачем рассказываете?

ДИМА. Дура! Сделай хоть раз то, чего от тебя не ждут: подумай как умная, а не наоборот.

ЛЕРА. То есть отец вашей дочки живет на две семьи? Вот скотина! Чо нельзя ему как-то определиться, что ли, кого ему любить?

ДИМА. Тут наши полномочия – всё. Совсем тупая…Это только у вас в семье видимо, любовь как зерно – лопатой отсыпают.

Загорается свет. Все жмурятся.

ЛЕРА. Ой, ну наконец-то.

ПАША. Блин, реально, зачем нам эта инфа? Мы же дети. У нас тонкая ранимая психика. Мы можем сделать неправильные выводы.

ДИМА. Зачем-зачем, чтобы мы поняли, что нельзя называть детей в честь себя! Да, Пал Палыч?

ПАША. Идиот, завали, а. Реально не смешно.

Из громкоговорителя слышится голос: «Внимание! Примерно через три часа начнется освобождение бункера. Просьба соблюдать очередь в порядке нумерации комнат. Внимание, тревога отменена, так как система была запущена ошибочно. Проводятся проверки. Просим соблюдать спокойствие».

ОЛЯ. Это что значит – ложная? Ребята, тревога ложная! Господи, какое счастье, а!

ЛЕРА. Блин, крутяк! Скорее бы домой!

ПАША. Фух, вот огонь так огонь сегодня ночка. Надо будет у бати денег попросить за стресс. Все-таки я его кровинушка, поди переживает за меня. Пусть отсыпет мне зерна, да, Димас?

Дима протирает очки.

ДИМА. И мне.

ПАША. Что?

ЛЕРА. Мальчик обиделся, что его его папа не любит. Сам же говорил, что тебе пофиг на него.

ОЛЯ. Ребята, хватит вам уже! Радоваться надо, что всё закончилось, а вы продолжаете собачиться.

ПАША. Значит, какой-то идиот  нажал кнопку просто так? Вот сука, а.

ОЛЯ. Выходит, что просто так, ага…видимо хакер программу взломал…

ЛЕРА. Его ищут, наверно, уже? Или их…

ОЛЯ. Думаю, да, да! Конечно, ищут. И найдут, и посадят. Дело-то серьезное. Хотя…

ПАША. Что?

ОЛЯ. Немного жалко: такой человек пропадёт. Срок-то ему немаленький светит.

ПАША. Почему это жалко вдруг? Пусть отвечает за свои дела, тварь.

ОЛЯ. Да это-то понятно, но все-таки, чтобы удаленно взломать такую систему – надо быть ооочень одаренным, шарить во всём этом программировании, ну вы понимаете…Там все серьезно. О, ну вот, Женечка все-таки проснулась.

Ребенок захныкал. Ребята поспешно выходят из этой комнаты и идут в свою. Дима занимает свою привычную позицию: ложится на раскладушку. Паша и Лера садятся на стол, ставя ноги на стулья. Лера сидит спиной к двери, Паша – лицом.

ДИМА. Была бы цель. При чем тут одаренность, ё-моё …

ЛЕРА. Завидуй молча.

ПАША. Какая, блин, цель? Сломать всем жизнь?

ДИМА. Почему всем? Да и не сломалось у тебя ничо, не кипиши. Подумаешь – сегодня обломалось, а завтра может быть обломится. Тебе ж только что сказали: ложная тревога.

ПАША. Я не понял, а ты чо так защищаешь того урода? Какая цель может оправдать сегодняшнюю панику в городе? Что движет такими людьми, а?

ДИМА. Может ему тоже захотелось, чтобы ему отсыпали.

ПАША. Не понял. Что?

ДИМА. Ну чо, чо…  зато родственники щас по-любому везде друг о друге завспоминали, засуетились, забегали, звонят поди друг другу, беспокоятся.