Нередуцируемость феномена сознания к явлениям «внешнего» физического мира.

Некоторые отечественные и зарубежные ученые – исследователи, вынося на обсуждение проблему сознания, неоднократно подчеркивали его нередуцируемость к известным физическим, химическим и биологическим процессам, которые могут иметь место в человеческом теле. Так, выдаю-щийся канадский нейрохирург, нейрофизиолог и психолог У. Пенфилд в своей книге [35] приводит конкретные примеры из врачебной практики, которые не позволяют ему редуцировать сознание к мозговым механиз-мам. Признавая огромную роль мозга в организации психической деятель-ности вообще и сознания в частности, тем не менее, он открыто заявляет, что не знает, как именно происходит процесс функционирования психики и какую именно роль играет в этом процессе головной мозг. Примерно к таким же взглядам после десятков лет исследований пришла ведущий российский нейрофизиолог Н. П. Бехтерева ([37]).

 

В своей монографии [38] проф. Н. И. Кобозев фактически подтверждает дуалистическую концепцию «мозг – сознание». Используя аппарат совре-менной термодинамики, он приходит к выводу, что известный процесс мышления не может быть реализован на уровне белковой атомно-молекулярной структуры, составляющей человеческий мозг.

 

Аргументы из области формальной логики и теоретической кибернетики, свидетельствующие в пользу существования независимого и нематериаль-ного сознания, подробно рассмотрены Ричардом Томпсоном [39], а также О. А. Троицким и В. Г. Критским ([40]).

 

Один из таких аргументов можно рассмотреть следующим образом. Предположим, «я» или «сознание» является некоей программой или же результатом некоего сколь угодно сложно организованного процесса пере-работки информации, подобно тому, как это считают некоторые биологи и кибернетики. В таком случае эта информация или программа может быть скопирована в сколь угодно большом количестве экземпляров и пере-несена на другой носитель. «Размножится» ли при этом наше сознательное «я»? Как показывают логика и практический опыт, конечно же нет. Снятие информации о деятельности организма и мозга в том числе (например, энцефалография)  в нашем веке является повседневной реальностью, и, как и следовало ожидать, сознающее «я» при этом остается на своем месте. Чем же отличается процесс гипотетического «копирования личности»? По большому счету, лишь сложностью и масштабом. Но результат, очевидно, будет тот же – изначальное «я» не сможет удвоиться или утроиться. Следовательно, оно не может быть сведено просто к процессу переработки информации в мозге или где – либо еще, и безусловно, стоит выше него. Более того, как следует из квантовых экспериментов, субъективное «я» наблюдателя является внешним по отношению к какой бы то ни было материальной системе.

Квантовые модели взаимодействия мозга и сознания.

 

Следующим шагом является предположение о том, что для физического описания взаимодействия мозга и сознания необходимо привлечение квантовой теории, причем на макроуровне. С. Хамеров и Р. Пенроуз пола-гают, что любые претенденты на роль «рецепторов» сознания в струк-турах мозга должны обладать следующими свойствами:

 

 

1) широкой распространенностью;

2) функциональной значимостью (например, регуляция связей нейронов и синаптические функции);

3) быть периодической кристаллоподобной дипольной структурой с дальним порядком;

4) способностью к временной изоляции от внешнего воздействия/ наблюдения;

5) функциональной связанностью с явлениями квантового уровня;

6) пустотностью, цилиндричностью (возможный волновод);

7) способностью осуществлять переработку информации.

 

 

По их мнению, наиболее подходящими кандидатами на эту роль являются микротрубочки скелета клеток нейронов ([15, 16]). Другого мнения придерживаются американские ученые Дж. Экклз и Ф. Бек. В их работах ([13, 14]) рассматривается влияние нематериального сознания на кванто-вый вероятностный процесс, при котором происходит высвобождение веществ – медиаторов в синаптических контактах головного мозга. Хоро-ший научно – философский обзор квантового подхода в решении проб-лемы взаимодействия разума и материи («mind – matter problem») дан в статье [36].

 

Промежуточные выводы.

 

Перед тем, как проводить дальнейшие рассуждения, давайте еще раз перечислим в максимально сжатой форме то, что нам уже известно:

 

1. Феноменология квантовой механики, а также возникший в ее рамках понятийный спектр и математический аппарат неизбежно сталкивают нас с явлением «смешанного состояния», необъяснимым в рамках классичес-кой ньютоновской и релятивистской физики. Дальнейшие рассуждения приводят нас к выводу о важности  роли наблюдателя в процессе кванто-вой редукции, при котором из множества потенциальных состояний выбирается единственное.

 

2. Законы квантовой механики, вопреки широко принятой точке зрения, не являются прерогативой одного лишь микромира, но при должной постановке эксперимента обнаруживаются и при рассмотрении явлений макромира.

 

3. Существует широкий класс  взаимодействий между психикой человека и материальным миром, с одной стороны, коррелирующих с квантово –механической моделью, с другой – свидетельствующих об особой роли сознания (субъекта) как участника физических процессов.

 

4. Наконец, как недвусмысленно было заявлено рядом ведущих мировых ученых и исследователей, многие годы посвятивших себя изучению чело-веческого «я», сам феномен сознания не поддается описанию с точки зрения законов физического мира и вероятно, вовсе не является его частью (атрибутом).