Чем отличаются фасилитаторы от других лидеров и ведущих

Большинство прирожденных лидеров и фасилитаторов пользуются рядом общих важных навыков, но не все успешные лидеры становятся хорошими фасилитаторами. Некоторые задачи и навыки успешного лидерства совершенно не подходят для хорошей фасилитации.

В ходе обучения обучающие видят свою задачу в том, чтобы содействовать росту и развитию обучаемых путем передачи им своей учености. В отличие от них успешные фасилитаторы осознают, что группа должна прийти к собственным выводам на основе обмена мнениями между участниками.

Хороший ведущий собрания никогда не отклоняется от установленной повестки дня. Однако успешному фасилитатору необходимо уделять основное внимание общей цели всестороннего осмысления участниками обсуждаемого вопроса, а не выполнению строго определенной повестки дня.

У хорошего оратора непременно возникает соблазн использовать свои риторические способности, чтобы склонить слушателей к своей точке зрения. Но хороший фасилитатор помогает людям понять все точки зрения, в том числе и их собственные.

7. От диалога к действию

Диалог полезен при сборе информации, анализе, налаживании отношений и принятии решений. Кроме того, диалог является еще и средством социальных преобразований.

В то время как диалог в идеальном случае подводит его участников к необходимости действий, организаторы и фасилитаторы диалога не могут их прямо санкционировать. Цель диалога заключается в обеспечении более глубокого взаимопонимания, что в свою очередь может побудить участников к индивидуальным или коллективным действиям. Важно, чтобы участники сами прониклись идеей о необходимости действий, а не чувствовали, что им это навязали.

Несмотря на то, что специалисты по планированию диалога и фасилитаторы не могут предписать участникам включиться в активные действия в самом начале встречи, им под силу подготовить пространство и условия для того, чтобы это произошло. В этой главе мы рассмотрим вопрос о том, как максимально помочь диалогу продвинуться к реализации подлинных перемен.

Вопрос типовых тестов в американских школах служит хорошим примером того, как диалог может побудить участников к действиям, которые несут с собой общественные преобразования. С точки зрения школьников-иммигрантов и их родителей типовые школьные тесты, разработанные для англоязычной молодежи, не всегда точно определяют уровень усвоения учебного материала. Если школьники-иммигранты и их семьи живут обособленно и не поддерживают связи с другими семьями иммигрантов, то они могут рассматривать это как индивидуальную, частную проблему, а не проблему всего сообщества (смотри диаграмму «Уровни общественных перемен»). Если школа решает организовать диалог по проблемам иммигрантов и школьным тестам, тогда его участники могут осознать, что проблема с тестированием носит коллективный характер. Ведь местные общины встроены в государственные и общенациональные структуры и стратегии, от которых зависит финансирование школ и программы тестирования.

Как и когда диалог эффективно трансформируется в структурные изменения? Что служит «переломным моментом» в трансформации конфликта? [12] Нужна ли для этого критическая масса, которая должна участвовать в процессе диалога, с тем чтобы выстраивать отношения между сторонами конфликта и глубже вскрывать связанные с ним проблемы? А может быть требуется участие ведущих лидеров сообщества в процессе диалога? Какие еще необходимы инструменты в дополнение к диалогу для обеспечения социальных изменений? Старая пословица гласит: «если у вас есть только молоток, то все вокруг кажется гвоздями». То же самое относится и к диалогу; он не всегда может быть самым подходящим средством. Однако в большинстве случаев диалог является идеальным первым инструментом, который стоит попробовать.

Разработано Мари Дьюген и заимствовано с разрешения автора Джоном Полом Ледераком в статье “From Issues to Systems” в книге “Mediation and Facilitation Manual” (Mennonite Conciliation Services, 2000).

Махатма Ганди и Мартин Лютер Кинг учили, что диалог всегда должен предшествовать другим стратегиям. Когда Ганди окончательно понял, что с британским колониализмом пора кончать, он вступал в диалог с британцами где и когда только такая возможность представлялась. Однако он прекрасно понимал, что на многих этапах этого пути представители британской короны не были заинтересованы в подлинном диалоге, а иногда просто пытались уговорить его свернуть с пути перемен. Но Ганди не отступал от своих убеждений и принципов. Он настойчиво выдвигал требования перемен, подкрепляя их разнообразными ненасильственными действиями. При этом он неустанно использовал любую возможность, чтобы вступить в диалог со своими оппонентами.