В ответ на Его любовь к нам. Опасность псевдосмирения

17–19-й абзацы:

Великое нечто человек, когда помогает ему Бог; а коль скоро оставлен он Богом, познает немощь естества своего.Нет у тебя ничего доброго, чего не приял бы ты от Бога. Для чего же величаешься чужим, как своим? Для чего хвалишься данной благодатью Божией, как собственным своим стяжанием?Признай Даровавшего и не превозносись много; ты – тварь Божия, не отлагайся от Сотворившего.

Вот практически все три абзаца об одном и том же: о том, что надо благодарить Бога. Мы, конечно, иногда служим благодарственные молебны, благодаря Его за исполнение каких-то наших прошений или молитв. Но для борьбы с гордыней очень важно пересмотреть это достаточно понятное, но легкомысленное отношение к благодарению Бога.

Первое, что должен человек, решившийся действительно понять, вместить, осуществить христианство и объявить войну своей гордости: он должен признать Даровавшего. Гордому трудно признать, что сам он ничего не достиг. Но признает, смирится – и Бог спасет его.

А псевдосмиренному человеку надо признать, что у него ничего нет. И такой человек думает, что раз у него ничего нет, то, стало быть, от него ничего не требуется. Он легко это делает: «Замечательно! Да, да, конечно, ничего моего. Ничего совершенно! Я нищий, совершенно нищий! У меня ничего нет, я ничего не могу, ничего не имею…» И он называет это смирением. Он говорит: «Блаженны нищие духом. Вот и у меня ничего нет». Но он не добавляет: «своего ничего нет».

Гордый человек понял, что ничего своего нет, смирился и спасся. А человек лжесмиренный именно так говорит: «У меня ничего нет вообще». Не «моего», а просто ничего нет. Но ему трудно признать, что и у него есть тоже дар, что он тоже должен что-то делать: он тоже должен осуществить волю Божию. Но он не благодарит Бога, потому что считает, что благодарить-то, собственно, не за что. «Никаких даров у меня нет, да и слава Богу, что нет никаких даров. Я бедненький, маленький, скромненький, смиренненький. Я вот тут сижу, и делать мне ничего не надо».

Но опять-таки получается, что такой лжесмиренный человек отрицает то, что Бог ему дал, и отрицает любовь Божию, потому что он говорит: «Мне Бог ничего не дал! Он меня любит, конечно, и помогает». Значит, любит и помогает? Но как? Что Он для тебя сделал? Что у тебя есть, чем Бог тебе помог? Ты должен обозначить это и поблагодарить Его за это! А если у тебя есть за что поблагодарить, значит, это что-то предполагает, что ты должен что-то сделать для Бога, пойти и сделать, ибо все, что тебе дано, дано тебе для того, чтобы ты исполнил Его волю.

Один приписывает дар себе, но, если он смирится и перестанет это делать, он спасется. А другой говорит, что Бог ничего ему никогда не давал. Оба виноваты, но покаяться первому несколько легче, чем второму.

Второе: важно понимать, что все, что у нас есть (совершенно все), это дар. Это и жизнь, и время, и здоровье, и небо, и природа, и дом, и данные мне родители, и прочитанные мною книги, и посланные мне друзья, и храм в моем городе, и духовник, и священник, и мир, в котором я живу, и война, в которой я призван участвовать, – все это есть замысел Божий, все это дары по отношению ко мне, все это Бог мне дал. И понимание Священного Писания, и способность молиться, и услышанная молитву, и прожитая, прочувствованная молитва – все это дано Богом.

Если мы говорим, что у нас ничего нет для того, чтобы оправдать свою бездеятельность, то мы либо приписываем все, что у нас есть, своим собственным силам и таким образом крадем славу у Бога, воруем Его дары либо считаем, что подлинные дары Божьи на самом деле не Его Дары, это так, само собой получилось, естественным образом происходит. А это уже граничит с хулой на Святого Духа.

Любой человек должен честно признать, что все, что у него есть, – это дар Божий. Христианин не тот, кто говорит, что у него нет никаких даров, что он никто и ничто, а тот, кто знает, что на самом деле без любви Божией он пуст и наг. «Да, я ничто, но Бог дал мне Свои дары, Он дал мне веру, Он научил молиться, Он открыл Писание, Он открыл понимание, Он привел этого человека, чтобы тот научил меня этому, Он всю жизнь обо мне заботился. Я ничто, но без Бога ничто. А все, что у меня есть, – это дары Божьи».

Сам нерв христианства – Евхаристия, благодарение. Вся суть нашей жизни – благодарение. И мы благодарим за все, в том числе и в Евхаристии, от бытия до благ бытия, за все дары видимые и невидимые. И мы должны понимать: если мы говорим, что у нас ничего нет, то мы не на лозе, мы сухие ветви, ведь если мы на лозе, привиты и плодоносим, то мы во Христе и плодоносим потому, что мы ветви лозы. Если говорим, что у нас ничего нет, то мы сухие ветви, нас отрежут и бросят в огонь.

Вот этой мысли нужно научиться: просто говорить, что я ничего не имею и не должен иметь, у меня никогда ничего не было, нет и не будет, – это не христианство. Это спрятаться в подвал и не идти туда, куда посылает Бог, и не делать того, что Бог побуждает делать.

Христианство в том, чтобы понять, что я по естеству своему ничто, но все, что у меня есть, – это Его удивительная, непостижимая, невместимая любовь и забота обо мне. И ради этой заботы, ради того, чтобы хоть как-то что-то сделать в ответ на эту заботу, человек идет и делает то, ради чего и даны ему эти дары.

Июля