Праведные реакции в случае, когда христианина кто-либо ударил в порыве гнева

Далее приведем примеры, как поступали христиане, когда их били в порыве гнева.

Дмитрий Ростовский (Жития Святых, 12 декабря): «(Святой Спиридон с учеником) пошли во дворец к царю. Спиридон был одет в бедные одежды и имел в руках финиковый посох, на голове - митру, а на груди у него привешен был глиняный сосудец, как это было в обычае у жителей Иерусалима, которые носили обыкновенно в этом сосуде елей от святого Креста. Когда святой в таком виде входил во дворец, один из дворцовых служителей, богато одетый, счел его за нищего, посмеялся над ним и, не позволяя ему войти, ударил его по щеке; но преподобный, по своему незлобию и памятуя слова Господа (Мф.5:39), подставил ему другую щеку; служитель понял, что пред ним стоит епископ и, сознав свой грех, смиренно просил у него прощения, которое и получил».

Жизнеописание св. Тихона Задонского (Творения, т.1): «Раз в гостях у одного знакомого помещика свт. Тихон встретился с одним дворянином, че­ловеком вольнодумным и вспыльчивым, кото­рый, не ожидая встретить сильных возражений и опровержений со стороны Святителя, так разгорячился, что ударил его по щеке. Святитель пал ему в ноги, говоря: «Простите меня Бога ради, что я ввел вас в такое исступление». По­раженный такой кротостью и таким смирени­ем Тихона, гость пришел в такое раскаяние, что, взаимно упав к ногам Святителя, зарыдал, умо­ляя его простить. Разумеется, прощение было даровано, и побежденный кротостью сделался с того времени добрым христианином».

Повести из жития старцев (Отечник Игнатия Брянчанинова):«Были два монаха, родные братья по плоти и по духу. Против них строил козни лукавый диавол, чтобы разлучить их. Однажды к вечеру, по обычаю их, младший брат засветил лампаду и поставил ее на подсвечнике. По злонамеренному действию демона подсвечник упал, и лампада погасла. Лукавый демон устроил этим повод к ссоре между ними: старший брат вскочил и в ярости начал бить младшего. Тот упал ему в ноги и уговаривал своего родного брата: «Успокойся, владыко мой; я снова засвечу лампаду». По той причине, что он не отвечал гневными словами, лукавый дух, будучи посрамлен, тотчас отступил от них».

Григорий Двоеслов (Собеседования о жизни италийских старцев, кн.1,2): « Как-то раз настоятель, который принял обитель после святого Гонората, страшно разгневался на святого Либертина и даже занес на него руку. Но жезла, чтобы ударить святого, рядом не оказалось. Тогда он схватил скамейку для ног и бил Либертина по голове и по лицу, пока все лицо свя­того не почернело и не опухло. Тяжко избитый, Либертин ушел в свою келию и оставался там. А на следующий день было на­значено одно монастырское дело, которое он должен был сде­лать. Поэтому наутро, после чтения молитв, Либертин пошел к келии игумена и со всем смирением просил благословить его. Игумен знал, что Либертина до этого все почитали и люби­ли за высоту его добродетели. Он подумал, что после вчерашне­го оскорбления Либертин хочет уйти из обители, и потому спро­сил, куда он собирается идти. «Есть, отче, одно монастырское дело, — ответил Либер­ии, — которое уже назначено. Я не могу его отложить, потому что вчера обещался быть там». Тогда игумен узрел всю свою жестокость и все смирение и кротость Либертина — и восстенал из глубины сердца. Он пал Либертину в ноги и исповедовал свой грех — то, что дерзнул столь святому мужу причинить такие жестокие страдания. И Либертин пал перед ним на землю и, лежа в ногах у него, говорил, что это его грех, а не игумена. Он винил только себя и уверял, что получил за свои грехи по заслугам. От этого игумен пришел к еще большей кротости, и смирение ученика стало примером добродетели для учителя. Наконец Либертин получил благословение и отправился по назначенному делу. Многие из его знакомых, люди благородные и почтенные, видели, что его лицо опухло и в кровоподтеках. Они спрашивали, что это с ним. «Вчера вечером, — отвечал им Либертин, — по грехам моим, наткнулся я на скамейку, и так вот получилось». Тем самым праведник не впал в грех лжи, но и гнева игуме­на не выдал. И я полагаю, Петр, что такая сила терпения значит гораздо больше, чем те чудеса и знамения, которые этот муж совершил».

Никита Стифат (Житие Симеона Нового Богослова): «Однажды два человека из соседнего селения, братья, рожденные одной матерью, стали, как только могли, поносить святого мужа из-за основанной (им) обители. Они хулили и оскорбляли его и дерзко угрожали ему. А он отвечал им ласково, увещевая, умоляя, говоря и делая все, что умиротворило бы их души. Они же все больше и больше возгорались яростью против святого и осыпали его ругательствами. Тогда он начал напоминать им о Страшном суде Божием, как он совершается над оскорбляющими и поносящими рабов Божиих. И один из них, по имени Дамиан, движимый порывом необузданного гнева, толкает святого своей преступной и нечестивой рукой и повергает его на землю. Затем, убоявшись, что когда-нибудь настигнет его дыхание гнева Божия, с раскаянием быстро наклоняется и поднимает с земли святого иерея Божия, и слышит от него: «Бог да простит тебя, брат, и не вменит тебе сего во грех»».