Результаты и перспективы нациестроительства

Как известно, в ходе исторического развития Балкан в каждой стране региона сформировалоськак минимум одно-два, а иногда ицелый ряд сплочённых этнических меньшинств. В случае с Македонией это албанцы,в Румынии и Хорватии – венгры (секлеры) и сербы соответственно, в Болгарии – турки, в Сербии – венгры, хорваты, русины и другие народы, проживающие преимущественно в автономном крае Воеводина, а также албанцы. В связи с этимважную роль играет проблемаих участия в национальномстроительстве. Ситуация в разныхгосударствах складывается неодинаково. Так, в Болгарии турецкоеменьшинство воспринимает себя и как турок, и как болгар, то есть неотъемлемыми полноценными участниками нациестроительства; большинство албанцев (пока что)определяет себя не только как албанцев, но и как урождённых македонцев. Этому способствует вынужденная веротерпимость, наблюдаемаяв большинстве балканских стран, чтоподтверждается фактом нахождения в центре Софии неподалеку друг от друга православной церкови, мечетии синагоги.[37]

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В принципе, при строительстве современных наций приходится решать примерно один и тот же комплекс задач во всех сферах общественного бытия — духовной, социально-экономической, политической и экологической. При систематическом описании конкретных историй нациестроительства обнаруживается примерно сотня различимых типов связей между людьми, которые в совокупности и соединяют население в нацию. Для создания таких связей в государстве и обществе должны действовать, обеспечиваться уходом и ресурсами механизмы («строительные машины»).

Именно потребность государства в интеграции населения положила начало идеологии национализма, которая, в свою очередь, создала нацию. Как отмечал Хобсбаум, «не нация создала государство, а государство породило нацию».

Мобилизующим средством стал исторический вызов — Гражданская война. Белые предстали в ней как враждебный иной, который пытается загнать уже обретший национальное самосознание народ в прежнюю «колониальную» зависимость.

В Гражданской войне сложился кадровый костяк будущего народа, та управленческая элита, которая действовала в период сталинизма. Это были командиры Красной армии нижнего и среднего звена, которые после демобилизации заполнили административные должности в госаппарате. В основном это были выходцы из малых городов и деревень Центральной России.

Гражданская война собрала земли (страну). Народ СССР обрел свою территорию (она была легитимирована как «политая кровью»). Эта территория была защищена границами. И земля, и ее границы приобрели характер общего национального символа, что отразилось и в искусстве, и в обыденном сознании.

Формирование гражданской нации в субрегионе– процесс далеко не завершенный и противоречивый. В ряде случаев он только начинаетсяили отягощен наследием прошлого и инымифакторами – такими как негативные стороны глобализации (как известно, она иногда разрушает национальную и социальную идентичность). При этом в условиях роста численности в восточноевропейских странах различных инокультурныхгрупп и усиления их роли в обществах потребность консолидации нации на приемлемых для всех условиях является насущной.

Общее культурное ядро создавала единая общеобразовательная школа, давшая общий язык и приобщившая всех жителей СССР и к русской литературе, и к общему господствующему типу рациональности (синтезу Просвещения и космизма традиционного общества). При этом знание русского языка сочеталось с устойчивым сохранением родного языка своей национальности: в 1970 г. свой родной язык сохраняли 93,9% населения и в 1979 г. — 93,1%. Сложилась билингвистическая национально-русская культура. Советская школа подключила детей и юношество всех народов СССР, и прежде всего русский народ, к русской классической литературе. Она воспитывала детей в системе норм человеческих отношений, которые были механизмом созидания народа, а не разделения людей.

Агентом собирания стала Советская армия. Крупные города стали в СССР центрами интенсивных межнациональных контактов. Мощное объединяющее воздействие оказывали СМИ, задающие общую, а не разделяющую, идеологию и тип дискурса (языка, логики, художественных средств и ценностей).

Наконец, все этнические общности СССР были вовлечены в единое народное хозяйство. Оно изначально создавалось как экономическая система, которая позволила бы всем народам СССР избежать втягивания в капитализм как «общество принудительного и безумного развития». Смысл этой задачи был всем понятен, и выполнение ее было ответом на общий для всех исторический вызов. Он был осознан уже в крестьянской общине.

Степень интеграции советского народа была выше, чем в Российской империи до революции. Этому способствовали модернизация общества, более высокая степень социальной однородности и межрегиональной интеграции, интенсивные миграционные процессы в ходе индустриализации, урбанизации, больших строек, с развитием транспорта и СМИ, общий пласт культуры и исторической памяти.

До сих пор трудно понять, почему «единый многонациональный народ» (советский) нельзя было считать нацией. Из этого упорного отказа следовало много практических установок. С.В. Чешко пишет: «С точки зрения принятых в современном мире понятийных норм следует признать не только реальноесуществование в СССР “советского народа”, но и признать его в качестве обычной полиэтнической нации — советской нации... Благодаря своему упорному стремлению сохранить “самобытность”, уберечь свои теории и профессиональный язык от внешних влияний отечественное обществоведение попало в концептуальный тупик. Наши ученые не отваживались отрицать существование американской, бразильской или индийской наций, признавали принадлежность СССР к Организации Объединенных Наций, но даже не допускали мысли о возможности понятия “советская нация”. А в период развала СССР эта несуразица активно использовалась теми, кто пытался доказать, что СССР — это “не страна и не государство”, без своей нации и поэтому без права на существование».