Лимбический мозг контролирует эмоции

И физиологию организма

Когда добровольцам вводят вещество, активизирующее часть глубинных структур мозга, ответственных за страх, можно увидеть, как начинает работать эмоциональный (лимбический) мозг — почти как лампочка, которую включают, — а вот окружающий его неокортекс не проявляет никакой активности.

В процессе исследований в моей нейробиологиче-ской лаборатории в Питтсбургском университете я был первым, кому ввели препарат, напрямую стимулирующий эмоциональный мозг. Прекрасно помню странное ощущение, охватившее меня: я был напуган, но при этом совершенно не понимал причин своего страха. Это был опыт «чистого» страха, не привязанного ни к какому конкретному предмету или явлению. Впоследствии многие участники эксперимента описывали то же чувство страха, интенсивного и «беспочвенного», который, к счастью, длился всего несколько минут7.

Эмоциональный мозг устроен гораздо проще, чем неокортекс. В отличие от последнего, большинство зон лимбического мозга расположены отнюдь не в виде равномерных слоев нейронов, позволяющих обрабатывать информацию: нейроны в них скорее перемешаны. Из-за этой примитивной структуры процесс обработки информации упрощен по сравнению с не-окортексом. Но при этом он происходит гораздо быстрее и лучше адаптирован к основным реакциям, направленным на выживание. Именно поэтому, например, в полумраке леса коряга, похожая на змею, может вызвать реакцию страха. Прежде чем весь остальной мозг успевает закончить анализ и сделать вывод, что это всего лишь безобидный предмет, эмоциональный мозг на основе частичной и зачастую некорректной информации выдает реакцию, направленную на выживание, которая кажется ему верной8.

Даже сама ткань эмоционального мозга отличается от ткани неокортекса. Когда какой-нибудь вирус — допустим, герпеса или бешенства — поражает мозг, затронутым оказывается только глубинный мозг, а не неокортекс. Именно поэтому первым проявлением бешенства является анормальное эмоциональное поведение.

Лимбический мозг является центром управления, который непрерывно получает информацию от различных частей организма и отвечает на нее надлежащим образом, контролируя физиологическое равновесие: дыхание, сердечный ритм, артериальное давление, аппетит, сон, либидо, выработку гормонов и даже работу иммунной системы. Судя по всему, роль лимбического мозга состоит в том, чтобы поддерживать баланс различных функций организма, то есть состояние, которое отец современной физиологии, французский ученый конца XIX века Клод Бернар, назвал гомеостазом — динамичным равновесием, обеспечивающим нашу жизнь.

С этой точки зрения наши эмоции есть не что иное, как осознанное переживание широкого спектра физиологических реакций, непрерывно контролирующих и корректирующих деятельность биологических систем организма в соответствии с требованиями внутренней и внешней среды9. Таким образом, эмоциональный мозг находится в более тесной связи с телом, чем с когнитивным мозгом. Именно поэтому бывает проще воздействовать на эмоции через тело, чем посредством речи.

Марианна в течение двух лет проходила курс традиционного психоанализа по Фрейду. Она вытягивалась на диване и изо всех сил старалась «свободно ассоциировать» на тревожащие ее темы, связанные в основном с аффективной привязанностью к мужчинам. Ей казалось, что она живет полноценной жизнью, только когда мужчина постоянно говорит, что любит ее, и она плохо переносила разлуки, даже самые короткие. В такие моменты женщина испытывала смутную тревогу, словно была маленькой девочкой.

После двух лет психоанализа Марианна прекрасно разбиралась в своей проблеме. Она могла в деталях описать сложные отношения со своей матерью, которая часто оставляла ее на попечение чужих женщин, и говорила себе, что это прекрасно объясняет постоянное ощущение тревоги, которое она испытывает. Она увлеченно анализировала опыт прошлого и заново переживала его в присутствии своего психоаналитика, сильная зависимость от которого у нее, разумеется, сформировалась. Достигнув определенных успехов, она почувствовала себя гораздо комфортнее, но при этом во время сеансов ни разу не смогла остро пережить боль и тоску из своего детства. Иными словами, постоянно концентрируясь на своих мыслях и словах, во время сеансов она никогда не плакала.

К великому удивлению Марианны, «детские» эмоции внезапно настигли ее у массажистки, во время недельного курса талассотерапии. Марианна лежала на спине, и массажистка легонько растирала ей живот. Когда она приблизилась к определенной точке, ниже пупка, Марианна почувствовала, как к горлу подступают рыдания. Массажистка это заметила и попросила ее обратить внимание на свои ощущения, а затем продолжила мягкие вращательные движения именно в области этой точки. Несколько секунд спустя Марианну охватили судорожные рыдания, сотрясавшие все ее тело. Она вновь увидела себя семилетней девочкой, одиноко лежащей на хирургическом столе после операции пл- удалению аппендикса: ее мать не стала прерывать свой отпуск, чтобы позаботиться

о ней. Переживание, которое она так долго искала в своей голове, все это время было спрятано в ее теле.

Из-за тесной связи эмоционального мозга с телом зачастую проще воздействовать на него именно через тело, а не посредством речи. Конечно, медикаменты напрямую влияют на работу нейронов, но можно также мобилизовать внутренние физиологические ритмы организма: движения глаз, связанные со сновидениями, естественное изменение частоты сердечных сокращений, цикл сна и его связь с дневным и ночным ритмом. Во многом помогут физические упражнения, акупунктура и контроль питания. Как мы увидим дальше, эмоциональные отношения и даже связь с другими людьми — через сообщество, в котором мы живем, — имеют конкретную физическую составляющую, пережитый ранее телесный опыт. И телесные пути к эмоциональному мозгу являются более прямыми и часто более действенными, чем мышление и речь.