Часть четвертая. Пионеры терапевтического голодания в Америке.

Как в личном общении, так и при объемной переписке с д. Дьюи он всегда настаивал на распространении «Нового евангелия здоровья» подчеркивая ту мысль, что опыт, который он получил во время голодания, применим к каждой болезни. Он часто говорил, что хочет, чтобы я увидела божественную руку, которая излечивает и тогда болезнь проходит обратное развитие. Он имел в виду, что болезнь развивается и структурно изменяет ткани и это делает природа. Точно так же тело и развивается. Далее он добавлял, что излечение болезни также является заботой природы и происходит в обратном порядке его развитию. Такой вывод полностью логичен и понятен.

д. Дьюи мертв, однако, работа его живет. Так как у него было систематическое, научное мышление, основы, которые он заложил в своей работе, все же являются самыми старыми записанными законами природы, которые будут жить вечно. Натуральная медицина признает и гордится первым человеком в области научного голодания.

Далее я буду излагать свой опыт от первого лица.

Я начала практиковать натуральную медицину в 1898 г. Как и д. Таннер я пришла к первичному знанию из-за своей болезни. В моем девичестве, которое я провела в Миннесоте, всегда была здоровая, атлетическая жизнь, наполненная всевозможными видами физической активности и трудом. Моя мать никогда не ела животной пищи и обладала инстинктивными знаниями в комбинировании еды, при этом у нее не было возможности учиться. Так что стол накрывался преимущественно вегетарианскими блюдами. Отец также был сторонником вегетарианского питания. Однако, когда мне было 7 лет он познакомился с доктором, который был убежден, как и все медики, что все дети поражены паразитами и что необходимо периодически принимать антипаразитарные лекарства.

Так что мне, вместе с братьями и сестрами, начали давать голубые пилюли, которые содержали ртуть. Тогда я, конечно, и не подозревала о том, что этот сильный яд приносил моему телу невосстановимый урон, закрепощая тело и не давая ему развиваться. Ведь до сих пор я вынуждена делать ежедневные клизмы.

После принятия этих пилюль очень долго мне было плохо. Никакая диета, как бы тщательно ни подбиралась, не подходила ко мне. В дальнейшем мое девичество и добрая часть моего становления как женщины, стали сплошными поисками здоровья. В таких поисках я узнала об диететике как из традиционных, так и из не традиционных источников. Но сколько-нибудь значительного облегчения я не получала, пока в 1989 г я не услышала об замечательном успехе д. Дьюи. Я прониклась таким воодушевлением, что отважилась провести четырехдневное голодание. Немного позже я набралась смелости и провела недельное голодание, которое дало исключительные результаты. С тех пор я провела множество голоданий, включая и длительные. Мое крепкое здоровье на протяжении сравнительно долгих лет жизни, я, без сомнений, приписываю тому, чему я обучаю и чему следую сама.

Вскоре, как я начала применять голодание, я познакомилась лично с д. Дьюи и получила от него приглашение, чем и воспользовалась. Сначала я изучала остеопатию под руководством д. Дьюи, однако, вскоре, пересматривая личный опыт голоданий, я пришла к выводу, что остеопатия не является панацей как он утверждал. Я начала думать, и думаю так до сих пор, что совместно с другими терапевтическими методами, среди которых правильное питание и голодание занимают главные места, оно принесет наибольшую пользу. В последствии я в этом полностью убедилась.

Первую свою практику я проходила в Миннеаполисе и провела ряд полных голоданий для больных, которые чудесно их оздоровили, результаты голоданий очень сильно удивляли Дьюи, а также меня. Были больные, которые объявлялись медиками неизлечимыми с хроническим запором, диабетом, болезнью Брайта, сифилисом и параличем. Однако, они выздоравливали когда применяли мои предписания. В 1906 году я получила приглашение на работу на тихоокеанском побережье. Приехав туда я решила там остаться, а летом того же года открыла офис в Сиэтле. Вскоре меня начали преследовать боссы медицины, а также газеты, которые они контролировали. Когда умер один мой пациент это получило широчайшую огласку и в газетах стали появляться кривотолки, подозрения и угрозы. Как и было задумано авторами этих статей, они привели меня в 1912 г к суду, где я была обвинена в умышленном убийстве женщины, которая голодала под моим наблюдением.

Мнение судей разделилось, однако, им нужно было принять скорое решение из-за общественного резонанса дела. В итоге, было решено, что это не умышленное убийство и я получила 2 года в колонии. День за днем я отбывала наказание, испытывая душевные и физические муки пока губернатор штата Вашингтон не пересмотрел мое дело и убедился в огромной судейской ошибке, которая произошла. Он принес извинения и восстановил меня в правах, которых я лишилась после приговора суда.

В 1916 году меня пригласили в Новую Зеландию помочь одному знакомому и я там прожила около 4 лет, ежедневно леча других больных. Я начала чувствовать, что необходимо вернуться домой и так и сделала. Дома я продолжила свою практику в улучшенной обстановке, появились новые возможности, мои прежние возможности были совсем незначительными.

Благодаря близкому знакомству с д. Дьюи, тому что он все-таки признал мои усовершенствования, я думаю, что я могу поставить себя в один ряд с ним и д. Таннером и признать нас пионерами голодания.