в помойку и послал счастливым матом

И день свободы встретил коньяком.

 

****
В передаче "утренняя почта"
то попса, то Цой, или АВИА…
тут, дружок, тебе и кровь, и почва
что захочешь - местного разлива

«юность» публикует мемуары
Мандельштам и прочую нетленку
так и ждёшь – нагрянут комиссары
чтоб ломать нас снова об коленку

весело, почти не страшно было -
страх куда-то делся ненароком
нас несло, нас било-колотило
всё происходящее, как током

всё ещё хвала КэПээСэСу
но уже заколебались троны
и летят кэпээсэсы к бесу
от волны Гражданской Обороны

Вот и дембель. Всё что хочешь делай
не пред кем не держишь ты ответа
в жизнь влюблённый, пьяный, очумелый.
Впереди - ещё две трети лета

***

Я вернулся в свой город знакомый до слёз
и обнюхивал жизнь, как потерянный пёс
привыкая к свободе и лету
глядь, а старой- то жизни и нету.

и другие такие же псы, как и я
возвращаясь обратно, из небытия
точно так же водили носами
мы – отдельные, сами с усами.

Это было давно. В прошлом веке уже
нас несло на каком-то чумном кураже
подшофе веселясь, балагуря…
впереди - только натиск и буря

Жаль, подмога не пришла (Х.З.)

Верхи почти не могут

И не хотят низы

И не придёт подмога,

Не парься, сукин сын

Но антиалкогольной

Компании узлом

Сдавило горло больно

С похмелья затрясло

Проснёшься, вот не хило! –

А всё вокруг горит

Чернобыль и «Нахимов»

Баку и Сумгаит

Нагорным Карабахом

Тбилиси и Литвой

Страна шагала на хуй

А с ней и мы с тобой

о великих русских многогранниках

Сидели, курили в саду мы, вдвоём
чуть-чуть посидим – понемногу нальём
и выпьем – тут дело такое! -
вдруг, глядь – нас уже стало трое

Федотов, Таюшев и Шехтер В.С.
а вскоре пришли и включились в процесс
еще два прекрасных героя -
Адамия с Лёнечкой Цоем

Так пятеро русских обычных парней
сошлись при наличии общих корней
и им открывались все грани
посредством того, что в стакане

в стаканах-то водка? Ну да, и она
но кроме неё - жизнь без края, без дна
и город, и сад тот, и лето
и целая, в общем, планета

 

лето 89
«в августе Густав очень грустен» (Ч.Л.)

Прекрасны яблоки в саду

У дяди Мити

Они на закусь нам пойдут.

Всю ночь сидите -

в беседке, пьёте водку плюс

Его настойки,-

У них был, помню, терпкий вкус

Ещё, какой-то.

Я был недавно рядовым

А он – сержантом.

А вот теперь мы вместе с ним -

без вариантов -

поэты, барды и творцы

И сибариты-

Философы и мудрецы

Возля корыта

страны, в котором, как назло,

Прогнило днище.

А время взято на излом

И только свищет

из всех щелей его вода

Вода, и кроме

Воды – какая-то байда

что цвета крови

(апрель 2015)

 

***

Заснежен яблоневый сад
полуподвал и в нём мужчины
К услугах нашим - карты, вины
агдам, кагор, шафран, мускат

Слова поют пьянят тревожат
слетают сами с языка

А там отыщется, быть может

бутылка водки, коньяка
играет музыка, а печь

даря тепло, зовёт прилечь

Прекрасный вечер - словно мостик

из мира суетного - в Счастье.
и мало ли какие гости

сюда придут и скажут «здрасьте»?

ведь там, на стенами творится
не знамо что, не знамо как
гляди, гляди какие лица
какой немыслимый бардак

на фоне всяких демонстраций
предвестий прочих революций
а нам- то, нам куда деваться
когда до нас здесь доберутся
и скажут нам ебёна мать
вы что же тут? Не баловАть!

А ну, построиться по росту
и пересчёт на раз два три

Так год приходит девяностый.
а кто не спрятался – умри

 

 

***

И вот теперь, когда страны не стало,
Когда низвергнут бездну с пьедестала
Её кумир о многих головах –
Дороже стала жизнь, дешевле водка,
Знакома кровь нам по военным сводкам
И по «разборкам», побери их прах.
Без имени, без племени и роду
Мы в решете, как раньше, носим воду.
И всё не так – и в душах, и в мозгах...
Уверены, что «завтра» будет гаже,
Чем есть «сейчас»… Дивимся мы пейзажам,
Развалинам и кладбищам в крестах,
Во времена, подобные нарывам…
Эпохи перемен - кончались взрывом –
Наш век – не исключение… и вот –
С записками бутыль бросаю в реку –
Потомку – адресату – имяреку…
Тому, кто её после подберёт.

(нач. 90-х)