Коерсивный контроль со стороны диссидентов

Главные детерминанты коерсивного контроля диссидентов по своей сути иные, нежели детерминанты контроля режима — отчасти вслед­ствие тенденций некоторых переменных условий режима контроля к инвариантности для диссидентов. Например, имеется широкая ва­риабельность лояльности режиму со стороны военных и полицейских сил, в то время как военные формирования диссидентов (когда они имеются) всегда лояльны диссидентским лидерам. Бывают исключе­ния, особенно в период гражданских войн, когда диссиденты контро­лируют значительные территории и могут использовать силу для того, чтобы привлечь людей в ряды своих сторонников, но эти исключения слишком редки, чтобы рассматривать их в качестве главной причины изменений в коерсивном контроле диссидентов.

Степень угрозы и жесткости негативных санкций, осуществляемых диссидентскими лидерами в отношении своих последователей, имеет, вероятно, столь же криволинейную связь с контролем диссидентов над режимом, но они также имеют тенденцию оставаться инвариантными для диссидентов, изменяясь от одного режима к другому. Так же, как и диссидентские войска, большинство рядовых последователей дисси­дентских лидеров сами выбрали'для себя этот путь, и к ним вряд ли необходимо применять много негативных санкций. Вероятно, они по­винуются директивам не под угрозами, а вследствие возможности про­тивостоять своим врагам, надежды на успех в смягчении депривации, удовлетворенности от принадлежности к поддерживающей группе еди­номышленников, объединившихся для защиты своих интересов. В ря­дах партизанских и террористических движений есть невольные сто­ронники внутренних войн, инакомыслящие и недисциплинированные. Однако когда проявляются их разногласия или недостаток дисципли­ны, санкции бывают определенными и жесткими; иначе они могут на­нести вред. Другими словами, паттерн коерсивного контроля диссиден­тов над своими последователями будет, вероятно, по преимуществу мягким и незначительным для большинства из них и очень жестким по отношению к немногим; лишь в сравнительно редких случаях, обычно в контексте внутренних войн, паттерн диссидентского контроля может существенно оттолкнуть многих последователей⁵⁹.

Ниже подвергаются изучению четыре измерения диссидентского коерсивного контроля: масштаб контроля, концентрация сторонников диссидентов на недосягаемых территориях и их военные ресурсы, рас­сматриваемые в аспекте как возможностей их собственных сил, так и той степени, в которой они могут оказать влияние на лояльность сил режима. Хотя большинство примеров и иллюстративных материалов описывают коерсивные способности и акции организованных мятежей, в общем смысле эти связи применимы ко всем диссидентам. Если, к при­меру, антиправительственные забастовщики, повстанцы и сочувству­ющие им многочисленны и сосредоточены в столице, их коерсивный контроль по отношению к режиму будет сильнее, нежели в том случае, когда их меньше и они рассеяны по нескольким городам. Если они об­ладают оружием, равно как и симпатиями какой-то части военных и полиции, их коерсивный контроль будет равен коерсивному контролю режима или превосходить его. Комбинации этих факторов иногда дают диссидентам возможность сбрасывать правительства или получать главные уступки, не обладая развитыми революционными организа­циями или даже революционными мотивами. В подтверждение можно привести несколько кейз-стади — Коста-Риканскую революцию 1948 г.; Боливийскую революцию 1952 г.; Всеобщую забастовку, свергнувшую режим Мартинеса в Эль-Сальвадоре в 1944 г.; демонстрации, изгнав­шие президента Юлоу из Конго (Браззавиль) в 1963 г.; демонстрации, стачки и бунты, которые довели до завершения в 1964 г. Суданскую революцию. Неорганизованные или частично организованные дисси­денты с наибольшей вероятностью приобретают коерсивный контроль, чтобы свергнуть режимы в меньших по размерам и менее развитых странах, но даже в этих странах шансы на успех не слишком велики. Если даже повстанцы и получат временно власть, режимы, вероятно, чаще всего окажутся в состоянии собрать достаточно сил, а иногда при­бегнуть к иностранной поддержке, чтобы подавить мятеж. Примерами таких временных успехов могут служить революция низших классов Неаполя против испанского правления, подавленная испанскими вой­сками в 1647 г.; революционные подъемы рабочих в Париже и Берлине в 1848 г. — обе подавлены правительственными силами после периода некоторого замешательства; восстания венгров в 1956 г. и доминикан­цев в 1965 г., подавленные с помощью иностранных войск. Как бы то ни было, вряд ли можно считать, что необходимым условием для приоб­ретения диссидентами существенного контроля является высокий уро­вень организации, хотя он, может быть, нужен для его поддержания⁶⁰. Организация способствует закреплению контроля, как будет показано в следующей главе, но ее необходимо аналитически отделять от балан­са коерсивного контроля.