Анатолий Николаевич Демидов, первый князь Сан-Донато

Анатолий Демидов, первый князь Сан-Донато (1813 – 1870) родился в Москве, получил образование в Париже под руководством священника Аббата Брандта. Интересы Анатолия были довольно широки: он интересовался физическими, социальными и естественными науками, искусством, живописью, увлекался коллекционированием, музыкой, архитектурой, и, конечно же, промышленностью. Анатолий переехал в Париж на долговременное жительство в 1831 г., когда ему исполнилось 18 лет. Самозваный «денди» и «англофил», Анатолий и его друзья одевались в лучшие шелка, украшенные драгоценностями и носили английские брюки. Пиком «англомании» в парижском обществе был ленч (?) в английском клубе 11 ноября 1833 г. Этот эксклюзивный клуб, основанный пятнадцатью представителями высшей аристократии, включал, помимо Анатолия, других видных денди: Шарля Лафита, графа Адама Лагинского и Жозефа Наполеона Нея, князя Московского (1803 – 1857), сына знаменитого и храброго маршала Нея. Лорд Генри Сеймур (1805 – 1859), сводный брат четвертого маркиза Хертфорда, был избран первым президентом. Члены французского Жокей-клуба получили широкую известность благодаря регулярным посещениям парижской оперы, балерины которой были в середине 1830-х гг. больше известны своей доступностью, чем ролями в спектаклях. Обедая в лучших ресторанах, украшая одежду драгоценностями, блеск которых часто затмевал их спутниц, «денди» были первостепенными повесами в Городе Огней.

В эти ранние годы Анатоль самоутверждался также как знаток и коллекционер «современного» искусства, идя по стопам поколений своих предков. Он был страстный и хорошо осведомленный покровитель художников романтического века, включая Поля Делароша, Эжена Делакруа, Эжена Лами и Огюста Раффа среди прочих. Полю Деларошу посылались важные заказы, среди них можно отметить картину «Казнь леди Джейн Грей» (1834), которая сейчас находится в Национальной Галерее в Лондоне. Эта картина, вместе со «Death of Poussin» Granet`а, заказанной раньше, в 1833 г., были самыми известными работами в салоне в 1834 г. Анатоль интуитивно тяготел к гигантам современного романтического течения в искусстве: Эжен Делакруа, получавший множество заказов, Ричард Паркс Бонингтон, чьи акварели Анатоль собирал в огромном количестве, акварельные рисунки лошадей Theodore Gericault также пополнили коллекцию. Анатоль приобретал вещи и на крупных аукционах, таких, как организованный герцогиней Беррийской в 1837, где с помощью тайных друзей и известного художника Огюста Раффа он приобрел тринадцать картин голландских и фламандских «старых мастеров».

Однако, без ведома Анатоля, который оставался связанным с иностранной службой как подданный русского царя, ко двору приходили донесения о его приверженности культу Наполеона, статьях во французских журналах об отмене рабства в России и экстравагантном поведении. Не помогло делу и то, что 19 марта 1837 г. Анатоль получил новый итальянский наследственный титул князя Сан-Донато от великого герцога Тоскании Леопольда II. Царь и придворные читали потоки донесений со все возрастающим чувством возмущения.

Примерно в это время Анатоль в Париже завел роман с молодой и красивой графиней Мари Валентиной де Сен-Альдегон (1820 – 1891). Анатоль встретил Валентину, работая с ее отцом, своим близким другом графом Шарлем Камиллем де Сен-Альдегон. Граф мог сопровождать Анатоля в июне 1837 года в его шестимесячной научной экспедиции в южную Россию. Мать Валентины, герцогиня Кастильонская, была придворной дамой Марии-Луизы. Подобно матери. Валентина тоже была придворной дамой Луи-Филиппа, короля Франции. Валентина получила это престижное место благодаря влиянию Эдмона де Талейрана-Перигора и его жены Доротеи, урожденной принцессы Курляндской. Эдмон и Доротея участвовали в интриге мадам Аделаиды Орлеанской в ее усилиях добыть престол своему брату Луи-Филиппу, коронованному в 1830 г.

Однако, из-за страсти Анатоля к путешествиям, научным поискам и сумасшедшей жизни денди, Валентине нужно было ждать. Анатоль дорого заплатил за свое решение. Пока он исследовал скалы и растительность в Крыму во второй половине 1837 года, а по возвращении провел много месяцев 1838 года, описывая результаты путешествия при помощи друга-писателя Жюля Жанена, шли приготовления к свадьбе Валентины. Влиятельная Доротея была вынуждена женить сыновей, после смерти ее дяди, герцога Шарля Мориса де Талейран-Перигор 17 мая 1838 г., она готовила свадьбу Валентины со своим младшим сыном - Александром-Эдмоном де Талейран-Перигор, герцогом Дино (1813 – 1894). Но Анатоль и Валентина продолжали свою связь, сначала тайно, а затем открыто, по крайней мере, до 1846 г., хотя оба к тому времени состояли в браке с другими людьми.