Вера достает из шкафа фужеры.

Вера. Ладно, наливай.

Петр принимается открывать бутылку, раскладывает снедь на столе.

Петр. У тебя тарелки плоские есть?

Вера. В буфете.

Петр достает из буфета тарелки. Моет фрукты.

Вера. У меня вообще-то госэкзамен завтра.

Петр. Это где это?

Вера. В унивеситете.

Петр. Что сдаешь?

Вера. Синхронный перевод.

Петр. Это еще что за зверь?

Вера. Садишься в кабинку, надеваешь наушники и пятнадцать минут синхронно переводишь с английского. Синхронно – это значит параллельно, не дожидаясь конца фразы говорящего.

Петр. То есть типа за него все додумываешь?

Вера. Ну типа того. Не додумываешь, а предугадываешь.

Петр. А ты молодец, сестренка. Ну, давай. За тебя. За то, что в люди выбилась.

Вера и Петр чокаются, пьют.

Вера. Еще не выбилась. Да и вообще – какие люди? Я просто делаю то, что мне нравится, живу, как хочу, общаюсь с теми, кто мне интересен. На фиг мне в твои люди выбиваться?

Петр. А вот ты и неправа. Сейчас, Вера, время такое. Многое изменилось. Это раньше мы жили за железным занавесом, играли в свои цацки и грезили свободой. А сейчас все по-другому. Сейчас полный «американ дрим»! Сейчас деньги можно из воздуха делать. Если есть голова на плечах и немного фарта, то с нуля можно подняться, из самой вонючей дыры вылезти и стать королем.

Вера. Анархист…

Петр. Меня теперь все Лордом зовут. Анархист – так, детское прозвище.

Вера. И с каких это кровей ты вдруг стал Лордом?

Петр. Пацаны говорят, у меня манеры изысканные. Мол, чисто лорд. Но тебе можно и Анархистом.

Вера. Спасибо, лорд. Ничего, что без реверанса?

Петр. Ничего, продолжай.

Вера. В общем, ты же сам говорил, что деньги – это ничто, что главная ценность – это свобода…

Петр. Смотри, сестренка. Я этого и не отрицаю. Просто сама подумай – что такое свобода?

Вера. Свобода – это возможность самому выбирать свой путь в жизни.

Петр. Это все слова. Ну выберешь ты свой путь и дальше что? Захочешь, например, стать путешественником, а денег на путешествия у тебя нет.

Вера. Можно автостопом поехать.

Петр. И каждую минуту трястись, чтобы тебя не убили и не изнасиловали по дороге?

Вера. Мы в Питер ездили, и все нормально было.

Петр. Ты так говоришь, пока молодая. А что будет в тридцать лет? В сорок? В пятьдесят? Все также автостопом будешь ездить?

Вера. Нет, но…

Петр. В том-то все и дело. Деньги – это возможности. А возможности – это свобода. Значит деньги – это и есть свобода.

Вера. Это все хорошо, конечно. Но где их взять, если ты, допустим, честный человек и не готов ни под кого прогибаться? У нас вон полуниверситета преподов на рынок торговать ушло. А я так не хочу и не буду. Уж лучше автостопом ездить.

В комнате звонит телефон.

Вера. Извини.

Вера идет в комнату, берет трубку.

Вера. Алло? Привет. Выдвигаешься? Слушай, не нужно пока ко мне приезжать. Я готовлюсь, да. Эльф, я перезвоню, ладно? Пока.

Вера кладет трубку. В комнату заходит Петр с бокалом в руках.

Петр. Хороший парень?

Вера. Нормальный.

Петр. А почему эльф?

Вера. Толкиена читал?

Петр. Ну помню что-то такое…

Вера. Уши у него красивые.

Петр. Это уже немало.

Пауза.

Вера. Ты какой-то неправильный стал, Анархист.

Петр. Что значит неправильный?

Вера. Все деньги да деньги.

Петр. Может, и неправильный. Только я поднялся, Вера. Хорошо так поднялся. Бизнес у меня, акции людям продаю. Покупаю по дешевке, а продаю уже по нормальной цене. Завод вот решил прикупить у государства. А что? Дело прибыльное, чистый навар. В Тайланд съездил, в Турцию. Ты была в Тайланде, Вера? Нет? И почти никто из русских не был. А я вот был. А что, мне понравилось. Чудно так, все не по-нашему. Тайки мне массаж делали. Я себя совсем по-другому чувстовать стал. Люди меня уважают. Я в магазин захожу, а продавщицы меня с ног до головы облизывают.

Вера. И что? Приятно тебе их унижение?! Приятно, что тебя облизывают?!

Петр. Почему унижение? Я им деньги плачу. Им потом премия за это идет.

Вера. Господи, неужели ты себя совсем не слышишь?!

Петр. Да ладно, не кипятись ты, сестренка. Я ведь зла никому не желаю. На меня вот люди работают, у них у всех зарплаты хорошие, я никого не обманываю. А так бы они с голоду померли. Я, можно сказать, экономику страны поднимаю, вношу свои пять копеек в развитие нового капиталистического общества.

Вера. А шрам у тебя откуда, капиталистическое общество?

Петр. Да так. Левша пьяный ножом махать начал.

Вера. Кто?

Петр. Левша, браток один.

Вера. Братки какие-то.

Петр. Ну а что? Жизнь есть жизнь. Я со всеми нормально общаюсь, Вера. Ни под кого не прогибаюсь, ни перед кем не встаю на цыпочки. Со всеми ровно. Меня даже блатные уважают.

Вера. А говоришь – свобода. Общаться с бандитами – это твоя свобода?