Люди к Богу приходят, когда они в беде, молят о помощи, просят счастья и хлеба, избавления от болезней, вины и смерти. И так поступают все, все – христиане и язычники.

2

Люди к Богу приходят, когда Он в беде, находят Его в нищете, позоре, без крова и хлеба, видят Его подвластным греху, бессилию и смерти. Христиане с Богом в Его страданиях.

3

Бог приходит ко всем людям, когда они в беде, насыщает плоть и душу своим хлебом, умирает на Кресте за христиан и язычников, и прощает тех и других.

21.7.44³³  

Сегодня хочу послать тебе лишь краткий при­вет. Я знаю, ты так часто и много думаешь о нас, что любая весточка тебя порадует, хотя бы и при­шлось на время прервать теологические разгово­ры; ты будешь просто знать, что мы живы. Теоло­гия постоянно занимает меня, но бывают часы, когда довольствуешься жизнью, не думая о ней, и веруешь, не рассуждая. И тогда обыкновенное чтение библейских лозунгов на текущий день при­носит радость, как это, например, было вчера и се­годня ³⁴; а потом еще вспомнишь прекрасные пес­ни Пауля Герхардта, и – счастлив тем, что имеешь.

За последние годы я все больше научаюсь ви­деть и понимать глубокую посюсторонность хри­стианства. Не homo religiosus, а человек, просто человек – вот что такое христианин, как Иисус был человеком в отличие, скажем, от Иоанна Предтечи. Разумею не пошлую посюсторонность людей, «знающих жизнь» и умеющих в ней устраиваться, но глубокую посюсторонность, ко­торая крепко стоит на ногах и, хотя и знает о смерти и воскресении, никогда не отрывается от земной действительности. Таким посюсторонним человеком был, как мне кажется, Лютер.

Помню, тринадцать лет назад в А. у меня был разговор с одним молодым священником‑ французом. Речь зашла о самом простом – чего бы мы хотели, каждый из нас, добиться в своей жизни. Он сказал: мне хотелось бы стать святым. (Очень возможно, что он им и стал.) Тогда меня это крайне поразило. Тем не менее я ему возразил, сказав, что я, мол, хотел бы научиться веровать,– или что‑то в этом роде. Прошло немало времени, прежде чем я сообразил, какая это глубокая раз­ница. Я думал, что смогу научиться вере, если сам постараюсь вести жизнь, близкую к святости. 0тогом этого пути и была, собственно, моя книж­ка «Следование за Христом». Теперь‑то я отчет­ливо вижу, сколько в ней было опасного, хотя мое отношение к ней не изменилось.

Позже я понял – и продолжаю постигать по сей день,– что только в полной посюсторонности жизни и можно научиться веровать. Когда нако­нец раз и навсегда откажешься от претензий сде­латься «чем‑то» – будь то претензия стать святым или грешником, обратившимся на путь истинный, или церковным деятелем, праведником или нечестивцем, больным или здоровым,– а ведь это я и называю посюсторонностью – жить в гуще задач, вопросов, успехов, неудач, жить, копя опыт и поминутно убеждаясь в своей беспо­мощности,– вот тогда‑то и очутишься всецело в руке Божией, тогда ощутишь по‑настоящему не только свою боль, но боль и страдание Бога в ми­ре, тогда вместе с Христом будешь бодрствовать в Гефсимании, и я думаю, что это и есть вера, это и есть «метанойя». Тогда только и станешь чело­веком, христианином. Вспомни у Иеремии 45‑ю главу. Можно ли обольщаться успехами или схо­дить с ума от неудач, если здесь, на земле, стра­даешь одним страданием с Богом!

Что я имею в виду, тебе понятно, хотя я выра­жаюсь кратко. Я благодарен за то, что мне дано было это уразуметь, и я знаю – я смог понять это лишь потому, что ступил на путь, по которому иду ныне. Оттого я спокоен и с благодарностью думаю о прошлом и нынешнем. Может быть, тебя удивит такой исповедальный тон. Но если тянет высказаться – то кому же, как не тебе!.. Пусть Бог ведет нас рядом сквозь эти времена; но главное, да приведет Он нас к себе.

Твой привет меня особенно порадовал. Рад, что у вас там не так жарко. От меня ты должен по­лучить еще много приветов. Не ехали ли мы с то­бой в 36 году почти тем же маршрутом? Прощай, будь здоров и не давай остыть надежде, что скоро мы все встретимся.

ЭТАПЫ ПУТИ К СВОБОДЕ

Дисциплина

Пустившись в путь на поиски свободы, научись сперва дисциплине чувств и души, чтобы страсти и твоя плоть не бросали тебя то в одну, то в другую сторону. Пусть целомудренными будут твой дух и твое тело, всецело

покорные тебе самому и послушные на пути к цели, поставленной перед ними. Только через дисциплину можно постичь тайну свободы.

Дело

Не все, что угодно, но лишь правое дело творить, лишь на него

Отваживаться,

Не витать в возможностях, но смело браться за реальное, свобода не в полете мыслей, но лишь в деле. Выйди из пугливых колебаний в бурю событий, ведомый лишь заповедью Божией и верой твоею, и свобода, ликуя, примет твой дух.

Страдания