Культурный человек встречает плотное сопротивление

11

Проводники культуры, которые с большим талантом впитали суть современного обучения, которые с их стилистическими способностями и педагогической проницательностью трактуют проблемы культуры, конечно, признаны авторитетами по различным вопросам жизни. Бесспорно, они оказывают воспитательное влияние на подрастающее поколение и тем самым выполняют важную работу. Однако существует также риск того, что они станут помехой для развития, если их культурные системы будут основаны на фундаментальных догмах, которые делают невозможным для людей усвоение новых революционных идей. Такое состояние является одной из причин обычно плотной оппозиции (особенно со стороны академиков), с которой придется столкнуться всем “несущим свет”.

22

В своей книге "Räfst och rättarting" («Расследование») Пол Бьерре (Poul Bjerre) пишет о "правительстве как противнике". Это повторяется во всех его рассказах об опыте, который он получил в школе, университете, обществе врачей, религиозных, политических, литературных ассоциациях. Он описал массовое сопротивление, которое было оказано всем предложениям рациональной реформы, которые он сделал, поэтому слово “замкнутость” было бы более уместным. В какой-то профессии почти невозможно пробудить “общественное мнение”, заставить его осознать, что господствующие над ним взгляды - фикция. Только последующее поколение будет критически рассматривать старые концепции и проводить реформы. Те, кто когда-то приобрел определенную систему мышления, не желают пересматривать ее. Это слишком трудоемко. В этом тоже нет необходимости. Это глупо, потому что вас будут считать только чудаком или нарушителем спокойствия. Вы "потеряете доверие общественности". Лучше думать и говорить, как все остальные. Тогда вы в безопасности.

33

Так было всегда. Опередить свое время - значит выбрать мученичество. Надо надеяться, что общее понимание этого факта не заставит общественное мнение сформулировать его в лозунг. Ибо тогда каждый глупец будет считаться пророком. Потому что именно это произошло в литературе, искусстве и музыке. В наши дни каждый шарлатан возведен в ранг гения. “Информирование” неблагоразумных масс сопряжено с риском. Популяризация - это не всегда хорошо.

Альберт Швейцер

11

Альберт Швейцер, богослов, врач и виртуоз органа, о котором много писали в наше время, имел огромное преимущество в том, что мог без особого труда извлекать пользу из результатов исследовательской работы философов и ученых. Тогда легко быть "выше". Его возмущение явными противоположностями учения и жизни у Шопенгауэра особенно характерно для тех, кому всякое учение дается даром и потому они могут начать его практическое осуществление еще в молодости. Они, по-видимому, не в состоянии понять, что решение проблемы реальности в одиночку - это задача, требующая от человека всего времени и внимания, так что ничего не остается для огромных усилий, необходимых для того, чтобы стать вдобавок “святым”. Возмущение Швейцера - еще одна яркая демонстрация преобладающей психологической инфантильности. Его собственная философия жизни показывает, что он тоже был жертвой веры человека в свою способность судить о реальности и жизни. Почему он не может судить, когда все остальные воображают, что могут? Явным недостатком в нем было отсутствие чувства меры, которое привело к тому, что в силу своего девиза “почитание жизни” (“всякая жизнь священна”) он, как врач, не решался убить даже бактерии, первобытного врага человечества. Здравый смысл должен был бы подсказать ему, что всякая паразитическая жизнь, будучи врагом жизни, лишена смысла существования.

22

Будучи не в состоянии увидеть это, Швейцер был типичным мистиком, который верил, что способен мыслить рационально. Он считался "пионером в исследовании жизни Иисуса". Он был довольно явным обманщиком. Его неспособность увидеть, что Павел своим вымышленным учением о грехе и благодати в значительной степени разрушил работу Христа, показывает, что в его подсознании были старые богословские отложения из его предыдущих монашеских жизней. Такие отложения недоступны, предопределяя индивида к инстинктивным убеждениям в последующих жизнях, образуя самые большие препятствия на пути приобретения здравого смысла.