Спектакли Грузинского театрального института игрались перед

Широкой публикой и отмечались в прессе. Г. Натрошвили

писал, что в спектакле ≪раскрыта серьезная идейная борьба

против собственнического мировоззрения≫.2

Можно было бы сказать, если бы не смущала разница уровней

Двух спектаклей, что режиссер продолжал развивать тему,

Намеченную в скромном студенческом спектакле.

Опасную сущность мещанства как социально-философской

категории Товстоногов видит теперь в том, что ≪люди придумывают

себе фетиши и слепо верят в их незыблемость≫, в том,

1 Репетиции ≪Мещан≫ были записаны М. Туманишвили. Запись хранится

В Грузинском театральном институте. Архив института. Папки № 44 и 45.

2 ≪Литература и искусство≫, 1946, 23 апреля (на груз. яз.).

99

Что человек теряет ощущение реальной жизни, истории.1 Движение

Времени, его революционная сущность ощущались в спектакле

Не только в образе Нила, но и в трагической бессмысленности

Попыток самого Бессеменова внушить свою веру, сохранить

Собственнический порядок, остановить время. Революционное

Звучание пьесы заключалось для режиссера в том, что

≪эти люди себя изжили, психологически и по существу...≫2

Прошло уже более десяти лет со дня премьеры ≪Мещан≫,

А в памяти не стерлись подробности, не померкло чувство цел

О г о —этот спектакль предстает монолитным куском жизни,

В которую вам позволили заглянуть. Тяжко били большие напольные

Часы, которые ритуально заводил Бессеменов, скрипела

Дверь, возвещая его выход, тренькала ироническая музыка, оттеняя

Своей странностью очередной привычный скандал в доме.

Все предельно напряжено, натянуты все струны, обнажены

Все нервы. Ни одного слова, ни одного взгляда здесь не пропустят

Без обостренной реакции —немедленно ответят криком,

Взглядом, шипением. Непринужденность редка здесь, как великий

праздник. Под водительством Елены (Л. Макарова) расшалились,

Развеселились, на стол полезли, распевая песни,

Но пришли из церкви старики, благостные, исполнившие святой

Д о л г,—и застыли в испуге, гневе, изумлении. И опять прервалась

Жизнь, это ощущалось отчетливо, опять она загнана в привычку,

в ритуал. Акулина Ивановна (М. Призван-Соколова) торопливо

Подсовывает тарелки, накладывает куски, пытаясь — без всякого успеха —отвлечь внимание мужа, отвести гнев от

Детей. Здесь будут снисходительно и покровительственно терпеть

и афоризмы Тетерева (П. Панков), и ободранную бедность

Перчихина (Н. Трофимов), но только до той секунды, когда

Они —по злу или наивности —не коснутся основ бытия.

Реальность, просто здравый смысл вносит Нил, крепкий, уверенный,

самостоятельный. К нему у старика нет ключей, подхода,

Его ничем не возьмешь; остается аккуратно снять цветы

с подоконника и в полном смятении попросить —≪полицию≫.

И каждый бытовой штрих, жест, интонация, проход приобретали

Второй —емкий, символический —смысл. Бессилие старика,

Сумасшествие Татьяны, уверенность Нила —все говорило

О том, что эти люди, их дела и поступки определены ходом исторического

Времени.

Это ощущение времени реализовалось режиссером в силе

Сопротивления Бессеменова, в безнадежности его борьбы, в фигуре

≪выломившегося≫ из общепринятых норм Тетерева, в наивности

Духовного мира Перчихина, сломленности Петра и

Татьяны.

1 О замысле спектакля Товстоногов рассказал в статье ≪О ≪Мещанах≫,

включенной отдельной главой во второе издание книги ≪О профессии режиссера

≫. См. также статью ≪Классик и современник≫ в книге ≪Круг мыслей≫.

Г. Т о в с т о н о г о в. О профессии режиссера, с. 126.

100

В такой концепции спектакля образ Нила терял значение

Единственного антагониста мира Бессеменовых, но приобретал

Убедительность человека нового мировоззрения, новой эпохи. Не

Идеальный герой, а реальный человек, выросший в этом старом

Доме, действовал на сцене. В художественной структуре спектакля

образ Нила (К. Лавров) был подчинен общему закону

Наиреальнейшей правды и точности взаимоотношений. Естественно,

Что Нил товстоноговского спектакля не мог не вызвать

Возражений, ибо он особенно наглядно и резко демонстрировал

Расхождение режиссера с принятыми в театре и в литературоведении

трактовками. Режиссер видел Нила человеком ≪здравого

смысла≫ и не боялся, что Нил может показаться грубоватым,

Резким, беспощадным к чувствам окружающих его людей.

Он действительно был жесток с Татьяной, хотя понимал, что