Любо было бы мне на ходу помереть,

Пропотелым упасть на тропинке;

Пусть не тайно – разумная встретится смерть, –

В гимн пасхальный войду без запинки.

Пусть бы вздох мой последний врагов примирил,

К подражанию примут хотя бы минутку,

Мол, такой-рассякой жил с чудинкой старик,

Его гнули в дугу, но ушёл несогнутым.

С малых лет примерял я кончину других

На своём продырявленном теле,

Так хотелось, дабы оценили враги,

За их души горел - нет молекулы целой.

При последнем допросе суметь возвестить

О Грядущем Мессии – Он рядом,

За собою успеть языком подмести,

И до смерти облечься пурпурным нарядом.

Любо было всегда до рассвета вставать,

Помолиться в тиши и разумно,

Вести добрые рано поспешно срывать.

Набивать на раздачу все сумки.

Многократно в болезнях итог подбивал,

Завещанья составил с проглядом на вечность.

Но опять эшафот – лишь минутный привал,

Так боялся: в постель, как на дно не залечь бы.

Трудный опыт строителя и пастуха

Даст ли шанс на мытарствах нелёгких?

Утешенье, поддержка в Библейских стихах

На компьютере ныне, на плёнках.

Как бы вижу, проходят, и шепчут друг другу,

Мои недруги – им невдомёк,

Что идут в борозде, - здесь целинник я с плугом,

Целину распахать Иегова помог.

Интернетная роспись по мыслям вождей,

Патриаршую тень препарирует сходу;

Любо было дождаться мне поздних дождей,

И колодцев нарыть под Библейские воды.      3.6.05. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 

 

 Любовь Творца.doc

 

Любовь Творца, что знаем мы о ней,

Не переделываем ей каркас и остов?

Нам или Богу суть её видней,

Когда о ней наговоримся вдосталь?

Мы знаем, что наш Бог всегда Любовь,

Создавший мир духовный и в натуре,

И между ними безразмерный ров,

В котором холод, темнота и бури.

И в этом рве величие Творца,

Венец творенья, падший человек;

И в нём два мира, как бы два лица,

Огонь пылающий и леденелый снег.

И дьявол портит души и тела,

Скрывая Бога и Его угрозы,

Из человека вылепит осла,

И противленье всыплет крупной дозой.

Он говорит, что Бог гневлив, суров,

Но грешника отбросить не посмеет;

Все люди слабы, не перейти им ров,

Кто попытался, тот давно осмеян.

Но где же допотопные людишки,

Где мамонты, гиганты динозавры?

И как бы мне не оказаться лишним,

Не нам чета, кого влекли за жабры.

Содом с Гоморрой почему сгорели,

Быть может, иначе грешит развратный люд?
Уверены, что мы уже не звери,

И рты в святое больше не плюют?

Всё так же гнусен падший херувим,

Христос всё так же свят, не безразличен.

Живущий в Духе Им всегда храним,

И Пастырь добрый сгинувшую ищет.

Из нераскаявшихся не было спасённых,

Посольство из стихий презренных окружает.

Бог есть любовь, и высветит потёмки,

Он силен вновь в прожарке вшей прожарить. 8.11.05. ИгЛа (Игнатий Лапкин)

 

 любовь. О, сколько песен.doc

 

Любовь! О сколько песен, уже пропето ей

Поэтами известными за многие века.

Тома на полках толстые, широкими проспектами.

Река из песен нотная, не видно берега.

    Не просто в этом говоре сказать во всеуслышанье

    Никем не говоренное, что прочими упущено.

    Сказать, что и писатели сказали много лишнего.

    Любовь не разъяснили, как солнце скрыли тучами.

Все песни про Эротику. Пожар и гнев влюбленности,

Измена, двоедушие, мельчанье мелких душ.

Воображенье пошлости, до скабрезной солености.

Гаремами при случае владеет каждый муж…

    Любовь - синоним жалости, желания спасти,

    Собой прикрыть от пули, последний к доту шаг.

    В поток бурлящий броситься, замерзших донести.

    Такие вот влюбленные историю вершат.

Сирена режет воздух к зарезанному ночью

В пургу, за хутор дальний, в нейтральной полосе.

Там донор бескорыстный пожертвовал почку..

Из книги жизни вычеркнут готов был Моисей.

    Любовь без рассуждения в морях терпящих бедствие

    Безжалостного к сыну подвигнуло к любви.

    О жертвенности матери преданья, много песен,

    А Финеес эротике навел конец в крови.

Но нет на полках песен о высшей, о возвышенной,

Когда и за врагов умеют жизнь отдать.

В архивах, в книгах кожаных изъеденные мышами

Сокрыты те примеры. Читайте, чтобы знать.

    Для верующих ясно, о чем я говорю

    Пример Голгофской святости, пронзенных рук и ног.

    Ему любовь, признание, почтенье как Царю,

    Он - милосердье чудное, Любовь и вечный Бог.

В предельной напряженности любовь Христа к врагам -

Всем кающимся грешникам амнистия пришла.

Противнику, антихристу отрубит Он рога.

Осанна, Аллилуия, гудят колокола.

    Любовь по подражанию Апостолам, Стефану,

    Подвигнули на подвиг великий сонм святых.

    Сусальный блеск без золота, эротику, обман,

    Отвергните, как прелесть, - об этом первый стих.

 

9.9.86. ИгЛа (Игнатий Лапкин). Тюрьма. Барнаул.

 

 Любовью и лаской пытаюсь спасти.doc