Создание разведывательной сети

К тому моменту, когда я появился в Алжире, союз между Жиро и де Г оллем был в тупике. Они оба провели десять месяцев в бесконечных изощренных ходах, направленных друг против друга. В то время как де Голль явно одерживал верх в политической борьбе, отнюдь не было ясно, что он победит. В связи с их продолжающимся конфликтом требовались надежные разведданные как из-за возможных последствий конфликта для военных усилий, так и в связи с тем воздействием, которое это могло бы иметь для послевоенной Франции.

Объединенное управление по сбору разведывательных данных по Северной Африке (JICANA) состояло примерно из 10 офицеров и 30 человек рядового состава, собранных из всех разведывательных служб США. Мы работали в помещении на бульваре дю Телемли, а офицеры проживали в частной вилле на другой стороне улицы. Нашей главной задачей был сбор разведывательных данных, получаемых службами военной разведки, работающими в Северной Африке, и передача этого материала в Вашингтон и Лондон. JICANA функционировало в качестве центра обработки информации и почтовой службы. Это не было особенно трудной задачей и оставляло офицерам массу свободного времени, которое посвящалось дегустации весьма приятных местных вин и рысканью по ресторанам «черного рынка» в поисках отпускавшихся по карточкам деликатесов, недоступных для населения.

У меня эта работа вызывала разочарование. Я полагал, что буду принимать участие в гораздо более активной операции по сбору разведывательных данных, в которой найдет применение моя специальная подготовка. Полковник Байрон Суитцер, мой командир, думал по-другому. Являясь инженером с небольшой подготовкой в области разведки, полковник считал, что JICANA не имеет полномочий на подготовку собственных разведывательных донесений. Вскоре после прибытия я писал родителям, что «вероятно, никто не знает, чем я должен заниматься».

После нескольких недель, проведенных в сведении воедино отчетов, подготовленных другими управлениями, по мере чего я испытывал все большую неудовлетворенность, я спросил полковника Суитцера: не могу ли я попробовать попытаться составить отчет о политической деятельности и экономических условиях в регионе? После некоторых колебаний он согласился, и я занялся созданием своей собственной разведывательной «сети» с нуля.

Честно говоря, это было почти невозможной задачей для человека в моем положении. Я был всего лишь лейтенантом и конкурировал с гораздо более солидными разведывательными службами, включая Управление стратегических служб под командованием полковника Уильяма Донована. Однако у меня было несколько преимуществ. Я говорил по-французски и понимал политическую и экономическую ситуацию лучше, чем многие другие. Кроме того, у меня были рекомендательные письма в адрес ряда влиятельных лиц, двое из которых оказали мне колоссальную помощь.

Анри Шевалье, генеральный менеджер компании «Стандард ойл оф Нью-Джерси» в Северной Африке, жил в Алжире в течение многих лет и имел широкие контакты с деловым сообществом по всей Северной Африке. Анри представил меня ряду колонов (алжирцы французского происхождения) и ряду других людей, оставивших Францию после немецкой оккупации. К последним относился Альфред Позе, влиятельный глава сети отделений Национального банка коммерции и промышленности в Северной Африке, который представил меня ряду влиятельных арабских бизнесменов и политических лидеров.

Премьер-министр Канады Макензи Кинг, старый друг отца, написал по моей просьбе письмо генералу Джорджу Веньеру, главному канадскому представителю в Северной Африке. Дружеские отношения, сложившиеся у меня с генералом Веньером, открыли мне доступ к дипломатам союзных стран и к членам КНО, познакомиться с которыми другим способом было бы трудно. Военный атташе генерала Веньера полковник Морис Форже пригласил меня принять участие в десятидневной поездке через Марокко с группой военных атташе. Эта поездка дала ряд новых контактов и более широкое понимание неустойчивого положения Франции в Северной Африке.

Я также начал встречаться с людьми, занимавшими высокие дипломатические посты в представительствах союзников при КНО и среди них - с послом Робертом Мерфи, подготовившим условия для высадки союзников в Северной Африке и бывшим твердым сторонником Жиро, также встретился с несколькими впоследствии известными вице-консулами Мерфи, такими как Риджуэй Найт, который позже работал со мной в «Чейз Манхэттен бэнк». Именно в Алжире я впервые подружился с Уильямом Пэйли, основателем компании CBS¹, который занимался программой психологической войны на театре военных действий, и с С.Д. Джексоном, одним из заместителей Пэйли, который позже стал издателем журнала «Форчун».

За несколько месяцев я создал крупную сеть информаторов, имевших отличные позиции, что позволяло мне составлять содержательные отчеты об изменяющейся политической ситуации в Северной Африке. Полковник Суитцер увидел достоинства моей работы и предоставил мне свободу, даже включающую возможность совершать поездки - около 10 тыс. миль в джипе по Алжиру, Марокко и Тунису, а также двухнедельную поездку в Каир и Стамбул для углубления моих контактов с сотрудниками французской разведки. Вероятно, реакция из Вашингтона была положительной, поскольку не поступило приказов о том, чтобы я прекратил эти занятия.