Профиль преступника и жертвы

В этом частном случае оба типа вампиров представляют собой сочетание преступника и жертвы одновременно. Гималайскому психовампиру кажется, что все делается недостаточно быстро (см. предыдущую главу). Он, штурмующий вершину за вершиной, делает ставку на бесконечное прилежание и усердие, имеющее свою цену. В этом случае цена — непонимание и, в конечном итоге, нетерпимость к личным делам вежливого сотрудника, который пытается все для всех делать правильно и который именно в отношениях с гималайским вампиром это блестяще... провалил.

И наоборот, вежливый вампир в этом случае заставляет гималайского вампира горы свернуть, почти сводя его с ума своими эскападами, которые отнимают у последнего особенно много времени; возможно, эти действия и решают его личные проблемы, — пусть даже относительно медленно, — но усиливают проблему гималайского вампира (его дефицит толерантности к более медленным действиям).

Психологический механизм

Структуру личности вежливого вампира часто можно было бы охарактеризовать как адаптивную, неуверенную в себе и избегающую. Ему пришлось рано научиться приспосабливаться, отодвигать свои потребности на второй план, всем угождать, осчастливливать других, а самому не высовываться. Это происходит, например, в таких семьях, в которых любовь и дружеское внимание родителей ощущались как обусловленные хорошим поведением ребенка. Но это бывает и в семьях, в которых нельзя было допускать ошибок, поскольку тогда ребенка либо наказывали, либо лишали любви. Этим людям пришлось научиться действовать неприметно, и им никогда не разрешалось выражать свои собственные потребности. Им всегда приходилось уступать, и с их мнением никогда не считались. Из-за этого в течение многих лет накапливается неуверенность, снижается ощущение собственной ценности, человек с трудом принимает решения, и у него возникает чувство, что он всегда должен подстраховываться. Такие люди, с одной стороны, очень приветливы, и другие любят быть с ними. Но, с другой стороны, они быстро чувствуют, что к ним предъявляют непомерные требования. Их постоянное приспособленчество на долгосрочную перспективу вызывает агрессию у визави.

Противоядие от вежливого вампира

Не критикуйте вежливого вампира, потому что это запустит порочный круг, и тогда он постарается все уладить, еще больше приспосабливаясь, чтобы Вы снова его любили. Его также не надо слишком часто спрашивать о том, что бы он сделал в определенной ситуации. Необходимость отвечать на такие вопросы выше его сил, лишает его уверенности и вызывает страх. Решайте за него; задавайте тон, но формулируйте все так, чтобы он мог, если захочет, высказать свое мнение по этому вопросу.

Если Вы хотите постоянно помогать вежливому вампиру, то нужно создать атмосферу эмоциональной защищенности, чтобы он в Вашем присутствии чувствовал себя достаточно уверенно и надежно, чтобы высказать свои сомнения (в том числе и в себе) и заявить о своих потребностях.

Это длительный процесс, очень похожий на терапию, но весьма действенный. Однако на рабочем месте вряд ли кто-то будет утруждать себя этим.

Вампир-эксперт

Этот эксперт на самом деле никакой не эксперт, но считает себя таковым во многих жизненных вопросах. Далее приводятся 3 семейные истории, основанные на действительных событиях.

Игнорирующий эксперт

Бернхард работает над крупными проектами в одной международной компании. За много лет он стал на этой должности космополитом. Однако с некоторых пор финансирование его текущего проекта в опасности. На большом семейном празднике — золотой свадьбе его родителей — присутствует также его свояк Манфред, спокойно работающий на госслужбе. Манфред спрашивает его, как он себя чувствует, и Бернхард кратко рассказывает ему о масштабах своего проекта. В своем рвении он сначала не замечает, что свояк Манфред его совсем не слушает, не задает никаких дополнительных вопросов, все время отводит взгляд, рассматривает других членов семьи и откровенно скучает. Его единственный комментарий: «Да, у нас у всех стресс. У нас в ведомстве сейчас тоже большой стресс. Наш административный округ должен быть объединен с другим, и никто не знает, что будет потом. Кроме того, нам теперь приходится работать по 40 часов в неделю вместо прежних 38,5, и 14-й зарплаты теперь тоже нет». А то, что Бернхард работает по 70 часов в неделю, что его рабочее место под угрозой, что он получает лишь небольшой основной оклад, а остальное зависит от эффективности его работы и от жестких цифр, он почти не может донести до свояка. Однако после этого «обмена мнениями», который на самом деле таковым не был, Бернхард чувствует себя опустошенным.